Через час в комнате уже не осталось свежего воздуха из-за толкучки людей. Некоторым не осталось места в комнате, они слушали меня из коридора. Я открыл окно и устроился на стуле в середине помещения. Дима стоял в первых рядах и внимал каждому моему слову. Я знал, что друг скучал по таким концертам. Ему нравилось мое исполнение и нравилось бывать тут то с одной девчонкой, то с другой. Кажется, он хвастался мной.
Я выглядывал Юлю. В коридоре мелькнула рыжая копна волос Алисы. Надеюсь, Юля с ней. Я уже не мог откладывать время, студенты ждали начала. Поэтому я нервно сглотнул и устроил гитару на коленях.
– Всем привет. Я рад, что вы пришли меня послушать. Давненько я не брал эту красотку в руки, соскучился.
– Мы тоже соскучились, – крикнула какая-то девчонка, и парни засвистели, чтобы подтвердить ее слова. Я рассмеялся.
– Спасибо. Тогда давайте начнем!
Я решил разогреть публику песней Короля и Шута «Кукла колдуна». Пусть моя гитара и не особо подходила к этой музыке, я все равно ощущал панк-рокерский экстаз, как и особые фанаты этой группы в комнате. Многие подпевали, некоторые пытались танцевать, компания людей вообще выпивали. Я был не против, я полностью отдавался музыке.
Я пропел еще несколько песен, в том числе по заявкам, и мои глаза наткнулись на девушку, пытающуюся протолкнуться через людей ближе ко мне. Ее почти не замечали, она казалась крошкой среди огромных парней. Я чувствовал, что это Юля, поэтому злость на неизвестных мне студентов стала распространяться по телу. Но вскоре Боровкова встала передо мной, рядом с Димой. Рядом с ним она была вне досягаемости для опасностей. Он ей улыбнулся, но ее зеленые глаза смотрели только на меня, не отрываясь. Мое идиотское сердце снова затрепетало, показывая признаки жизни.
– Я бы хотел спеть еще одну песню, которая, к сожалению, значит для меня слишком много. Она немного грустная, поэтому, девочки, приготовьте платочки, – пошутил я, хотя еле сдерживал дрожание в голосе.
Я начал петь строчки песни МАЧЕТЕ «Не расставайтесь».
«Будят рано мысли-барабаны.
Глаза такого цвета, как
Тюльпаны, которые ты любишь.
Зарнице без тебя не спится,
Всё время бред какой-то снится;
Когда же ты меня разбудишь?
Твой душ - мой душ.
Я плачу, у тебя течёт тушь.
У вас там сколько времени?
У нас тут по колени снега
И пурга, и тихо воет вьюга.
Какими б вы ни были сильными -
Не расставайтесь с любимыми!»
Юля, кажется, еле стояла на ногах. Думаю, она понимала, что я просвещал эти строчки ей, поэтому они попадали ей в сердце. Девушка схватилась за Диму. Забавно, в тот раз они тоже стояли здесь вместе и слушали меня, но тогда я повел себя, как мудак, и сделал ей очень больно. Сейчас, пусть она и не моя, я буду петь лишь то, что будет правдой.
«Ладно, вроде было всё складно,
Мечта запутала, будь ты неладна.
Мы так легко тогда расстались.»
Я пытался дышать ровнее и реже смотреть на девушку, которая когда-то покорила мое сердце, а потом его же забрала себе. Боже, сколько же боли мы друг другу причинили. Осознание словно только-только меня настигло, хотя я понял все давно.
– Спасибо, – негромко отозвался я, когда все захлопали мне в конце песни. Я был уверен, что и половина присутствующих не в курсе, для кого я пел и какой смысл вкладывал в эти строки. Пусть это останется для нас двоих. – А сейчас я сыграю одну популярную попсовую песенку, которая крутилась в моей башке несколько месяцев. Готовы?
Отголоски «да» раздались со всех сторон, и это послужило стимулом снова ударить по струнам, чтобы запеть.
Я играл песню «Такси» – тринадцать карат. И именно через нее я хотел сказать Юле о своих чувствах в данный момент. Хотя бы одной строчкой.
«И снова набухаюсь один дома,
Ситуация до боли знакома тебе.
Я знаю, что у нас и не могло быть всё по-другому,
И главной героине моего альбома вызываю такси!
Я вызываю такси!
Я вызываю такси!
Так сильно люблю-ю-ю!»
Я буквально прокричал последнюю строчку, срывая голос. Мои глаза блуждали по алым щекам девушки, по ее дрожащим рукам, обхватывающим плечо Димы, по губам, сжатым в тонкую полоску. Господи, лишь бы она не плакала! Я не выдержу этого и сорвусь, чтобы поцеловать ее.
«Останемся друзьями - это не про нас.
Каждый раз прощаюсь, как будто бы, блядь, в последний раз.
А сейчас с тобой
Лежим и молча курим.
Ты завтра будешь плакать по-любому,