3.
Я отлично выспался в доме Юли. Проснулся от того, что под одеялом из-за затопленного котла стало слишком жарко, и тут же почувствовал запах блинов с кухни. Быстро оделся и подошёл к Ирине Сергеевне. Она мило мне улыбнулась и предложила позавтракать, и я не смог отказать. Тарелка с только что приготовленными румяными блинчиками манила и соблазняла, поэтому следующие двадцать минут я уминал их со сгущёнкой. Ярика дома не было, только три кота, две собаки, я и женщина. Мама Юли предупредила, что через полчаса прибудет моя электричка, а ещё днём приедет папа Юли, с которым знакомиться я ещё не готов. Так что после сытного завтрака я поблагодарил женщину и поспешил на платформу, попутно проверяя деньги в кармане. Не густо, но надолго я всё равно в другом городе не задержусь. Всего один разговор...
Кажется, будто железные дороги и эти трясущиеся вагоны — незаменимая часть моей жизни с недавнего времени. Раньше я избегал переездов и оставался всё время в общежитии, не выезжая из душного города, в котором учусь. Сейчас же мне приходится мотаться чуть ли не на другой конец страны, в города одной и той же области в этих проклятых электричках с другими людьми. Понятия не имею, почему именно к этому виду транспорта я отношусь скептически. Может, и не к нему вовсе, а к тем, кто сидит и изучает меня?
Я практически проморгал свою остановку, потому что грёбаный машинист говорил невнятно. Почему они не могут просто починить долбанную рацию, чтобы мы все слышали названия городов? Я обматерил всех, кто здесь сидел, а потом спустился на платформу. За мной направился поток и других людей, которые толкали друг друга и неслись к автобусной остановке, чтобы уехать домой. Меня задевали плечами, я в ответ окидывал грубым взглядом. Через несколько минут, пройдя по подземному переходу, я оказался на остановке. Достал сигарету и закурил, чтобы внушить себе расслабление. Стало легче, но несильно. Ещё один шаг пройден, часть пути позади, но я понятия не имею, как найти нужный дом. Ещё бы не пропустить двадцать седьмой автобус...
Я материл водителя автобуса до того момента, как он скрылся за поворотом. Я же следил в оба за транспортом, подумаешь, отвернулся на пару секунд, чтобы свериться с расписанием. И как только снова глянул на дорогу, заметил, что автобус начал отъезжать, его двери закрылись, а на бегущего меня никто не обратил внимание. Я показал всему несправедливому миру средний палец и посмотрел на часы. Почти полдень. Если я хочу сегодня оказаться в общаге с чистой совестью, то стоит поспешить.
Пришлось вызвать такси. Тарифы в этом городе, конечно, занебесные. Тем не менее, я всё равно отдал приличную сумму таксисту и вышел у нужного подъезда. Я стоял некоторое время перед дверью и не мог заставить себя набрать номер квартиры. Я придумывал оправдания: вдруг она не дома, вдруг я ошибся адресом. А потом дал сам себе подзатыльник и направился к домофону. Не хотелось бы разносить всю эту грязь и пытаться оправдаться перед Юлей и её родственниками, но оставить всё так тоже не могу. Я хочу с ней помириться. Вряд ли получится сразу, но если мы оба захотим, то перешагнём неприятный момент из общей биографии.
Я решил схитрить и не сразу бросаться в омут, так будет больше шансов, поэтому позвонил в соседнюю квартиру и представился внуком своей бабули, которая не слышит звонка. Мне поверили. Я вошёл в подъезд и пешком, оттягивая момент, поднялся на седьмой этаж. Квартира с номером "67" прямо перед моим носом, железная дверь и звонок, на который просто нужно нажать. Одно действие, которое, кажется, либо уничтожит меня, либо спасёт. Как школьник волнуюсь и трясусь, будто впервые влюбился или иду сдавать экзамен. Хотя кому я вру. Раньше я никогда и не переживал, даже узнав о состоянии своей бабули, старался удержать драгоценное спокойствие вместе с равнодушием, пока боль съедала изнутри. Так проще справиться с проблемами.
Почему-то, позвонив, я надеялся, что дома никого не окажется. Но когда замок начал отпираться, замер и собрался убежать. Миниатюрная девушка, которую я ни с кем не перепутаю, смотрела на меня большими глазами, распахнув рот от удивления. Вот он я — твоя самая большая ошибка. Юля покачала головой и будто очнулась, а потом захлопнула перед моим носом дверь так быстро, что я не успел её остановить. Начал стучать и просить девушку выйти, но она не отзывалась и не шла на контакт. А на что ты надеялся, Штиль?
— Знаю, ты не хочешь меня видеть, но нам нужно поговорить! — Костяшки покраснели от того, с какой силой я бил дверь. Она стала самой настоящей преградой между нами с Юлей, хотя час назад мне казалось, что путь в несколько километров куда более серьёзен.