– Да нахрен их! Буду есть руками!
Я откинул бамбуковые исчадья Ада и откинулся на спинку дивана, насупившись. Юля уже не сдерживала смех.
– Девушка, – позвала она официантку. – Не могли бы вы принести ложку?
– Да, конечно, – Анастасия понимающе улыбнулась и скрылась за дверью на кухню.
– Я не просил.
– Успокойся, Тим, ты не обязан пытаться научиться тому, что тебе в жизни не пригодится. Ты мне итак нравишься.
– Точно?
– Абсолютно, – она мне подмигнула.
Когда принесли ложку, мы с Юлей принялись за еду. Мы молчали, хотя тихие стоны удовольствия сдержать не получалось. Я был слишком голодным, а Юля просто наслаждалась той кухней, которая ей, по всей видимости, нравилась больше остальных.
Я оплатил счёт сам, и это даже не обсуждалось. Хоть у нас животы и были полны еды, мы решили прогуляться до общежития пешком. Всю дорогу мы держались за руки, и это казалось самым правильным действием за прошедший год. Словно все пазлы наконец-то сошлись в целую картинку. Я был на своём месте. Снова. Одновременно с этим я словил себя на мысли, что разлука была нам необходима, чтобы наконец-то понять, кто мы друг для друга и как нам жить дальше.
– Пожалуй, это было лучшее свидание в моей жизни, – сказала Боровкова, когда мы стояли у двери в её комнату.
– Согласен, – я прислонился к стене и сейчас поглаживал большим пальцем щёку девушки. Мне жутко не хотелось уходить и отрываться от Юли, но выбора не было. Мне нужно ещё одно свидание.
– Зайдёшь? – Юля с надеждой кивнула в сторону комнаты.
– Я бы с удовольствием, но как джентльмен я должен проводить тебя и уйти, чтобы снова пригласить тебя на следующую встречу.
– Я уже начинаю сомневаться, что такой Тим мне нравится, – с обидой сказала Юля и сложила руки на груди. – А что если я откажусь? Если не захочу встречаться с тобой снова?
– Тогда я включу всё своё обаяние и… заставлю тебя силой, – я приблизился к ней и рывком притянул к себе за талию. Юля судорожно выдохнула. Я буквально чувствовал, как сильно бьётся её сердце от моих касаний. Наши лица снова были на расстоянии миллиметра друг от друга, тёплое дыхание девушки я ощущал на своей щеке.
– Этот вариант мне подходит, – прошептала Боровкова, а её шаловливые пальчики пробежались по моим плечам, посылая волну мурашек вдоль позвоночника.
– Так ты пойдёшь со мной на свидание снова?
– Пойду, Штиль. Мне страшно в этом признаться, но я пойду за тобой куда угодно, – Юля прижалась ко мне, замыкая объятия. Я стискивал её так, словно пытался сделать из нас одно целое. Аромат её духов ударил в нос, и это лучший запах на свете. Хочу запомнить каждую деталь и выгравировать её в своём мозге.
– Аналогично, Боровкова. Тогда завтра, после пар, я жду тебя у себя в комнате. Устроим уютный романтический вечер в домашней обстановке. Только ты и я. Фильм. Вино. Свечи.
– Мне нравится, – промурлыкала она мне в шею. – А как же Дима?
– За это не переживай, я разберусь.
Юля с милой улыбкой отстранилась, но уходить не спешила. Я знал, что она всё ещё ждёт, когда я её поцелую, но у меня были другие планы. Я нагнулся к ней ближе, и мои губы коснулись сначала виска девушки, потом скользнули ниже, к щеке, а дальше я позволил себе обсыпать поцелуями её тонкую шею на уровне бьющейся жилки, открытые ключицы, подбородок. Я целовал всё, кроме губ. Таких желанных и таких доступных – впервые я мог быть уверен, что она готова, но не спешил. Юля тяжело дышала, вцепившись в мои плечи ладонями, и эта реакция будоражила и заставляла хотеть девушку ещё сильнее. Я нашёл в себе силы, чтобы сделать шаг назад и, обворожительно улыбнувшись, попрощался с девушкой и пошёл к себе в комнату.
26.
Сегодня мне было труднее отсидеть все четыре пары, чем обычно. Я не знал, куда себя деть, потому что буквально каждую минуту смотрел в телефон в ожидании звонка или сообщения от Юли, которая, к слову, писать и не собиралась. Однако я нутром чуял, что она ждёт нашего свидания не меньше, чем я сам. К концу занятий я уже не мог ровно сидеть на стуле, а до общежития и вовсе бежал. Мне нужно было встретиться с Димой до того, как он уйдёт на тренировку по футболу.
Друг уже собирался, когда я влетел в комнату. Димон переоделся и сел на кровать, хватая телефон. Мне пришлось бесцеремонно выхватить мобильник у него из рук, чтобы привлечь внимание. Все два дня после шашлыков мы почти не общались. Хоть Дима и сделал вид, что понял мои намерения, ему явно было обидно за Аню. Я это понимал, поэтому на рожон не лез и выжидал, когда буря утихнет. Однако сейчас у меня попросту не было выбора, кроме как завести диалог первым.