Это не работало.
Ничего из этого.
Сейчас я знала, что причина крылась в моих чувствах. Что к Соколам я относилась как к братьям, которых у меня забрали еще в детстве. Рэй же был другим. И мне хотелось к нему прикасаться.
– Я буду стоять рядом, так что он не сможет причинить тебе боль.
– Ройс никогда бы не причинил мне боль, – прорычала я, не выдерживая потока эмоций. Пальцы инстинктивно схватил рукоятку ножа. Монстр снова овладел контролем, желая ринуться в бой.
– Тогда что тебя останавливает? – Руки Рэя обвились вокруг моей талии и прижали к себе. Я вскинула голову, но его лицо расплывалось перед глазами. – Не существует ни единой причины, по которой ты не сможешь этого сделать.
– Я знаю.
– Тогда сделай это. Для себя. Не для него.
Я нахмурилась, не понимая, что именно имел в виду Рэй. Его лицо сморщилось, а губы поджались.
– Не то чтобы я хотел, чтобы ты его обнимала, – на этот раз признание вызвало у меня улыбку. И пускай она вышла натянутой, смогла хоть немного разрядить обстановку.
Продолжая готовить салат, я обдумывала слова Рэя. На первый взгляд его просьба казалась до смешного простой. Всего лишь обнять человека. Но стоило мне об этом подумать, как к горлу подкатывала желчь.
За окнами опустился вечер. Ройс позвонил и предупредил, что они приедут через полчаса. Я разогрела еду, Рэй накрывал на стол, бросая взгляд на дверь. Его беспокойство витало в воздухе и просачивалось в меня.
Я пересекла разделяющее нас пространство, встала на носочки и обвила руками его шею. Внутри меня взрывался фейерверк восторга, словно исполнилась самая заветная мечта. И это действительно ощущалось именно так. Я восполняла этот пробел, обнимая Тару и Джекса. Пэйдж пыталась меня тискать, но с ее рассеянным вниманием, запала хватало всего на несколько секунд. А для меня было важно задержаться в этом мгновении. Так я чувствовала себя нормальной.
Рэй коснулся губами моего виска. Ему не требовалось говорить слова благодарности, чтобы я уловила ее.
– Но больше нравится, когда ты обнимаешь меня, – сказал он, а следом попытался незаметно вытащить нож из-под пояса штанов, но я сразу напряглась.
– Чтобы не было соблазна, – пояснил он, удерживая мой взгляд.
– Просто признай, что это ревность.
Рэй щелкнул языком, но не успел ничего ответить: к дому подъехала машина. Он отпустил меня, взял за руку и повел к выходу.
Первой из машины вышла Джиджи и бросилась обнимать Рэя. Я оставалась на месте, пытаясь прочитать эмоции на лице Ройса. Он выглядел расслабленным, но уставшим. И пока доставал вещи из багажника, я быстро обняла Джиджи, чувствуя, как рука Рэя опускается на мою поясницу.
Улыбка Ройса погасла, когда его глаза заметили, где именно лежала рука Рэя. Угроза убийства вспыхнула в них, грудь тяжело вздымалась, наполненная возмущением. И прежде чем он разразился тирадой, я двинулась к нему. Ройс развел руки, намереваясь обнять воздух перед собой. Его глаза все еще были устремлены на Рэя, и я понимала, что как только он разорвет невидимые объятия, то сразу набросится на него.
Давай, Алекс.
Я стиснула челюсть, преодолевая оставшееся расстояние. Сердце подскочило к горлу, монстр утробно зарычал, впиваясь когтями в мое сознание. Перед глазами все расплывалось, и я с силой сжала кулаки.
Я могла это сделать.
Я хотела его обнять.
И пока Ройс не свел руки, я успела прижаться к нему.
Абсолютная тишина возникла вокруг нас. Даже птицы перестали петь, будто затаили дыхание. Казалось, что и сам Ройс не дышал. Просто стоял, пока я обнимала его и боролась с нахлынувшей дрожью. Одна только его фигура вызывала у меня животный страх. Я тряслась, чувствуя под ладонями напряженные мышцы.
– Если ты не обнимешь меня в ответ, это будет выглядеть ужасно неловко, – пробормотала я, надеясь, что Ройс услышит мои слова, – обними меня, это приказ.
Только тогда его руки опустились на мою спину и мягко прижали к себе, словно от сильного напора я могла расколоться на части. И я действительно была в шаге от того, чтобы отпрянуть и позволить кошмарам охватить тело. Но ведь это был Ройс. Первый человек после Энзо и Анны, который принял меня и моих демонов. Который кормил шоколадом, шутил, играл со мной, даже когда я большую часть времени плакала. И меньшее, что я могла для него сделать, так это выиграть борьбу со страхом.