– Кто они?
– Рэй, – в голос Алекс просочилась тревога, но я и сам успел почувствовать, что что-то идет не так.
Лицо солдата внезапно покраснело, словно удар все-таки повредил внутренние органы. Мои инстинкты взревели, и я с силой отшвырнул его от себя. Странный писк донесся до слуха, но было уже поздно: машина с оглушительным грохотом взорвалась.
Ударная волна отбросила меня на несколько футов. Шлем раскололся, обнажая часть лица. Я сбросил его и поднялся, краем глаза замечая Алекс, которая рванула ко мне. Воздух наполнился гулом и дымом, по всей улице раздался пронзительный звук сигнализации. Они ревели, словно стая встревоженных птиц.
– Ты в порядке? – Оказавшись рядом, Алекс обхватила мое лицо ладонями. Ее тревога пульсировала в воздухе, на миг сбивая меня с толку.
– Ты так просто не отделаешься от меня, птичка.
Вздох полный облегчения сорвался с ее губ. Сигнализации не умолкали, и к ним прибавился вой сирен, вынуждая нас поторопиться. Я направился к солдату, стараясь не поднимать головы, чтобы никто из жильцов не успел сфотографировать мое лицо. Алекс решила уладить проблему с зеваками по-своему. Вытащив пистолет, она сняла его с предохранителя и несколько раз выстрелила в воздух. Это заставило их отпрянуть от окон.
– Нас все равно поймали, – шлем приглушил ее слова, но я все равно услышал ее.
Люди меня сейчас не волновали, в отличии от солдата, который с трудом дышал и был на грани потери сознания. Рана на его животе оказалась глубокой, черный кусок пластика торчал из нее, вот только я не мог его вытащить. Не здесь, не без аптечки.
Наконец-то возле нас остановилась машина с Ройсом. Он приехал не один. Джиджи и Броуди первыми покинули салон, и, судя по ворчанию, Джекс решил остаться внутри.
– А можно нас тоже брать на ваши кровавые вечеринки? – проворчал Броуди. – Не все здесь хотят угрожать гражданским.
– Зачем ты угрожал гражданским?
Он проигнорировал мой вопрос, но продолжал требовательно смотреть.
– Расскажешь мне о ваших ночных вылазках?
– Прямо сейчас?
Броуди перевел взгляд на раненого солдата, потом снова на меня.
– Но позже ты мне все равно расскажешь.
Вместе с Броуди мы перетащили солдата на заднее сиденье. Джекс с недовольным лицом смотрел, как мы пытаемся его разместить, и всякий раз сжимал кулак, когда солдат случайно касался его.
– Сделай одолжение и прижми что-нибудь к его ране, – попросил я.
– Зачем? – Невозмутимо отозвался он. – Все равно сдохнет.
– Я прижму. Джекс, сядь вперед. – Джиджи с аптечкой оказалась рядом со мной.
– Патрульные машины едут сюда. Так что пошевеливайтесь, – не выдержал Ройс.
– Парк Крюгер. Встретимся там, – бросил я ему и, дождавшись когда Джиджи сядет, закрыл дверь.
– Мы потеряли один мотоцикл, – сказала Алекс, с грустью осматривая груду металла.
– Давай, птичка, не время оплакивать утраченное.
К счастью, ее мотоцикл не пострадал от взрыва. Алекс села позади меня и нерешительно обвила руками мой торс. Совершенно не вовремя в моей памяти вспыхнули воспоминания из отеля и временного убежища, когда каждое утро ее рука сжимала мой член.
Дьявол, зачем я это вспомнил?
Мы успели уехать раньше, чем подоспели копы. Старались держаться на расстоянии от машины Ройса, чтобы не подставлять друг друга. С каждым днем количество полицейских на улицах увеличивалось. Комендантский час все еще не был введен, но это был лишь вопрос времени. К моменту, когда США развяжет официальную войну, мы должны быть на другом континенте.
Я должен был сконцентрироваться на этих мыслях, понять, почему машина взорвалась, однако все о чем мог думать, так это о руках Алекс. Они опускались все ниже и ниже, из-за чего совершенно не вовремя у меня встал член.
Как только Алекс поняла это, то подняла руки выше и теперь обнимала меня за грудь. Не то чтобы это как-то помогло. Моя фантазия уже рисовала красочные картинки, и я не мог от них избавиться.
Нам пришлось оставить мотоцикл неподалеку от парка. Везти солдата домой было слишком рискованно, как и пытаться залатать его раны у всех на глазах. Но лучше здесь, чем выдавать свое единственное убежище.
Джекс, сложив руки на груди, недовольно стоял в стороне, пока остальные пытались остановить кровь. Алекс присоединилась к нему, но все ее внимание было приковано к солдату. В салоне автомобиля было чертовски мало места, чтобы разместиться всем. Поэтому я отодвинул Броуди.
– Мне нечего тебе рассказать, Рэй, – прохрипел солдат.
– Как тебя зовут?