Рэй стянул меня так, что мы оказались лицом к лицу. Кончик его твердого члена прижимался к моим мокрым складкам, и я с трудом подавила порыв потереться об него.
Его губы накрыли мои в мягком, тягучем поцелуе. Воздух иссякал в легких, но мне не хотелось, чтобы Рэй останавливался. Мое тело наполнилось теплым спокойствием, оно же просочилось в сердце. Я не хотела отрываться от его губ. Не хотела выбираться из его объятий. Они ощущались как дом.
– Каждый раз, когда ты меня целуешь, я становлюсь мокрой. Не могу понять, дело в тебе или…
– Осторожно, птичка. Подумай, прежде чем закончить это предложение.
Мои губы изогнулись в улыбке. Рэй мягко сжал мой бок, снова привлекая к себе. Он одарил меня очередным поцелуем, и я заерзала.
– Ты единственный, чьи прикосновения я жду.
– Тогда почему ты мне об этом не говоришь?
Я шумно выдохнула и кончиками пальцев коснулась его лица. Пристальный взгляд Рэя выворачивал меня наизнанку. И я хотела открыться ему.
– Потому что с каждым поцелуем ты все глубже забираешься мне под кожу.
– И где я сейчас?
Я взяла его руку и положила ее туда, где суматошно билось сердце. Рэй почему-то нахмурился, словно не совсем понял, что именно я имела в виду. Неуютная тишина возникла между нами, от которой у меня побежали мурашки. Я съежилась, но все еще не хотела отстраняться. Жар его кожи согревал меня, даже когда холод снова пробрался в комнату.
– Рэй?
Он внезапно поднялся и взъерошил волосы. Монстр издал низкий утробный рык, который вибрировал в моей груди. Даже он не понимал, как именно расценивать реакцию Рэя.
Я аккуратно коснулась его напряженных мышц спины, но он не обернулся ко мне. Он словно хотел спрятаться от моих слов.
– Нет, – одно слово вырвало меня из водоворота мыслей. Стыд исчез, и на его место пришло возмущение. Оно вспыхнуло в каждой клетке тела, закипело в венах, заставило пульс ускориться. Я сделала глубокий вдох.
Его «нет» ощущалось как звонкая пощечина.
Я бы могла сбежать от этого разговора. Сделать вид, что ничего не произошло. Но не после того, как я буквально вырвала один из самых больших своих страхов и сделала это не только ради себя, но и ради Рэя.
– Посмотри на меня, – попросила я и, когда Рэй обернулся, забралась ему на колени, – что происходит?
Я видела борьбу в его глазах, но не понимала причину. Он словно умолял меня закончить этот разговор. Те эмоции, что секунду назад бушевали во мне, улетучились. Лишь ощущение, что кто-то больно ударил меня в грудь, осталось.
– Тебе не обязательно лгать, – с трудом выдавил из себя Рэй, – я знаю, что ты ничего не испытываешь ко мне.
Мне показалось, что он заговорил на другом языке, иначе я не могла объяснить, какого черта ничего не поняла.
– Лгать? – уточнила я, и новая порция боли вспыхнула в его глазах.
Он крепко прижал меня к себе и уткнулся носом в мою шею. Теплое дыхание согрело кожу, но я не дала себе возможность насладиться его близостью и объятиями. Мне нужно было добраться до правды.
– Как ты можешь так думать? – дрожащим голосом спросила я и обхватила его лицо ладонями, заглядывая в глаза. В них было столько неприкрытой боли, отчаяния и тоски, что мое сердце болезненно сжалось. – Как ты можешь так думать, когда все мои мысли заняты тобой?
Рэй попытался отвести взгляд, но я заставила его смотреть на меня. И тогда мощное осознание ледяной водой обрушилось на меня.
Он не сомневался во мне.
Он считал, что никто не способен испытывать чувства к нему. Что никто не способен его полюбить.
В глазах защипало, но я несколько раз моргнула, пытаясь взять себя в руки и собраться с мыслями. Он столько сделал для меня, что сейчас я должна была сделать что-то для его раненного сердца.
– Я не могу относиться к тебе так же, как и к другим Соколам. Не могу. Ты – это другое. То, что вызывает у меня улыбку, даже когда я не хочу улыбаться. То, что заставляет меня ждать ночи или утра, потому что я окажусь не в объятиях кошмаров, а в твоих. То, что заставляет меня бороться со страхами и монстром. Ты – другое, Рэй. И все, чего я хочу, так это быть до самой смерти на твоей стороне. Быть твоей.
Казалось, Рэй перестал дышать. Я приложила руку к его груди и почувствовала бешеное биение, словно его сердце планировало разорваться в любую секунду. Но чем дольше я держала руку, тем медленней оно билось.
«Ты мое спокойствие» – сказал он, и тогда я не поняла, что именно Рэй имел в виду.