Я наслаждалась его тяжестью и теплым дыханием. Жадно вдыхала его запах, все еще чувствуя, как мое тело дрожит.
– Скажи это еще раз, – хриплым голосом попросил Рэй, оставляя нежные поцелуи на моем плече.
Я заставила его посмотреть на меня и твердым голосом произнесла:
– Я на твоей стороне.
Эмоции сменялись на его лице так быстро, что я не сумела уловить ни одну из них.
Но я знала точно, сейчас он мне поверил.
Глава 19. Рэй
Этот сон был чересчур реалистичным.
Лучи солнца согревали кожу, мягкие губы скользили по подбородку, оставляя нежные поцелуи. Из горла вырвался стон, и на мгновение я подумал, что проснулся.
Я не хотел просыпаться.
Мне редко снились светлые сны, не наполненные болью, кровью и криками. Каждую ночь я снова и снова возвращался в мрачные уголки прошлого, наблюдая за тем, чего не мог изменить.
Но сны рядом с Алекс были другими. Они лечили раны моей души.
– Рэй, – мое имя давно не произносили с такой любовью.
Пульс ускорился. В этом бесконечном потоке ослепляющего света я не мог отыскать того, кто позвал меня.
– Давай, командир, нам пора вставать.
Я по инерции прижал Алекс к себе. Она в ответ тихо хихикнула и коснулась губами шеи. Ее волосы щекотали торс, обнаженное тело прижималось к моему, делая член твердым. Если так выглядела моя новая реальность, то я больше не собирался спать.
Никогда.
Темно-зеленые глаза изучали выражение моего лица. Я перевернул нас и теперь нависал над ней, удобно устраиваясь между ее бедер.
– Чем ты занималась? – хриплым голосом спросил я, прижимаясь к ее лбу.
– Разрушала твои предрассудки, – тихо ответила она. Ее взгляд скользнул к моим губам и задержался там. – И собираюсь разрушать их каждый день.
Я провел носом по ее скуле, вдыхая сладкий аромат. Вчерашнее признание разорвало мое сердце на кусочки, но только для того, чтобы соткать новое, без глубоких ран и шрамов. И сейчас в моей груди оно ровно билось, не причиняя боль.
Не осталось ни ненависти, ни раздражения, ни разочарования.
– Я не могу потерять тебя, – сказал я, осыпая ее лицо поцелуями.
– Ты не потеряешь меня, – выдохнула Алекс и обвила руками мою шею, – ни в этой жизни, ни в какой-либо другой. Только дай мне закончить начатое.
– И ты выведешь сыворотку. – Это был не вопрос, а утверждение.
Алекс медлила с ответом. На секунду она поджала губы, но все же кивнула.
– После того, как заполучу в свои руки сердце Угго.
И я поклялся себе, что лично притащу Угго к ней.
– Уничтожь «Плазу», командир. Это приказ.
Пока Чикаго ждал оглашение результатов, мы уже приблизились к «Плазе». Вместе со мной был Джекс, в то время как Броуди, Ройс и Джиджи наступали с другой стороны. Алекс осталась дома, но с минуты на минуты собиралась выезжать к площади Далей.
Два сокола летали над нами. Джекс с прищуром наблюдал за ними. За всю дорогу мы не перебросились и парой слов, и я подозревал, что сейчас Джекс мысленно борется со своим монстром. Моментами выражение его лица становилось отсутствующим, а взгляд – потемневшим и потерянным. Но после он несколько раз моргал и слегка качал головой, словно пытался удержать контроль в своих руках.
По территории «Плазы» расхаживали солдаты, сжимая в руках автоматы. Я насчитал около десяти, однако этого количества было мало. Джекс был прав: в день, когда Соколы пришли за нами, они не перебили нашу армию, только тех, кто был в бронзовых масках. Так куда они дели большую часть солдат? И почему «Плаза» выглядела такой легкой мишенью?
Эти вопросы крутились в голове, но я не мог найти для них ответа. Сомнения отпечатались на моем лице, и, когда Джекс наконец-то удостоил меня взглядом, он нахмурился.
– Мы могли бы справиться вдвоем, – заметил Джекс.
Я не стал ему отвечать. Потому что с каждой секундой начинало казаться, что мы добровольно попались в ловушку.
Тишина вокруг нас была напряженной. Ее иногда нарушал какой-то шум со стороны базы, но утихал так быстро, что мы не успевали уловить источник. В сотый раз я осмотрел всю территорию с помощью бинокля. Напряжение сковало мои мышцы, но это не заставило меня сдвинуться с места. Дерево, которое мы использовали в качестве укрытия, покачивалось от сильных порывов ветра. По лицу бил моросящий дождь, стекая неприятными каплями за ворот костюма. Пистолет в руке подрагивал, как и палец, прижатый к курку.