— Это было бы слишком просто, — чопорно произнесла Бриар, позабыв о своем напитке. — У меня на уме куда более суровые наказания. Разорвите свой союз с Ризом, откажитесь от своих планов, или будете исключены из гильдии. Все до единого.
Волнения возобновились с новой силой. Мужчины и женщины вцепились в стол, протестуя и перебивая друг друга, пока ювелир снова не заставил их замолчать и не заговорил от их имени. — Значит, слухи о вас правдивы. Вы готовы выбросить нас на обочину ради отродий, — рявкнул он в ужасе. — Они не способны нормально функционировать. Не могут мыслить логически. Они жестоки и не способны постоять за себя. Они не могут строить дома или воздвигать памятники. Они даже не умеют возделывать землю.
Мастера закивали и забормотали в знак согласия. Их вожак продолжил: — Прирожденные дураки не вносят никакого вклада в этот мир, в отличие от нормальных людей. — Он ткнул пальцем в стол. — Мы вносим. Что касается наших высокомерных монархов, вы можете создавать законы, но мы создали этот Сезон. Мы заложили фундамент, на котором вы стоите — фундамент, который вы пытаетесь выкорчевать. Народ поймет наши действия.
— Убийство солдата, — возразила Бриар ледяным тоном. — Угроза устроить резню среди населения и сделать козлами отпущения невинных пленников.
— Жертвы, — стал защищаться каменотес. — Благородные жертвы со стороны народа. Расходные жертвы среди прирожденных. И все это во имя сохранения — нашей культуры, этого континента, который вы намереваетесь разрушить отвратительными идеями о равенстве для этих язв природы!
— Народ оправдает наши действия, — добавил Векс. — Но если вы осудите нас — они этого не потерпят. Это лишь подкинет дров в костер их ненависти к вам. — Он вскинул руку. — Мы знали, на что идем. Убейте нас, если хотите, или изгоните, если предпочитаете так. В любом случае, живые и свободные, вы пострадаете больше, чем мы мертвые или лишенные должностей.
Мастера заулюлюкали и загалдели, как кучка радикальных сторонников превосходства.
Бриар поочередно остановила взгляд на каждом из членов гильдии. — Я не закончила. Вы не только будете исключены из гильдии, но и лишены званий элитных ремесленников.
Если раньше я думал, что тишина была удушающей, то это было ничто по сравнению с тем, что произошло теперь. Маленькая обладательница топора в углу пробормотала под нос впечатленное «Блядь». Лица остальных побледнели, а их возмущение достигло критической массы.
Независимо от Сезона, наследие было всем. Потеря места в гильдии уже сама по себе была серьезным ударом. Но звание Мастера должно было быть постоянным, даруемым человеку на всю жизнь, даже после выхода на покой. Как рассказывала Бриар, члены гильдии уносили эту привилегию с собой в могилу, так что лишение этого наследия было совсем другим делом. А поскольку эти должности передавались по наследству, это отразится и на их потомках.
— Наша история. Наше наследие, — пролепетал стеклодув, его радужки блестели перламутром, как устрицы. — Ваше Высочество намеревается уничтожить традицию? Разорить нас по собственной прихоти?
Я провел пальцем по нижней губе. Не балуй их ответом.
— Чего вы ожидаете? — набросился Векс. — Если вы обвините нас, это королевство расколется из-за бунтов. Вы пользуетесь законным повиновением граждан, но на нашей стороне их поддержка. У нас есть влияние.
— Мама пользуется их поддержкой, — возразила Бриар. — Я тоже ее заслужу.
— Вы ничего не заслужите, Ваше Высочество, — прорычал он. — То, чего вы надеетесь достичь… Полагаю, это будет трудно, если не сказать недостижимо, без поддержки образцов ремесленного мастерства на вашей стороне. Не то чтобы кто-то из нас собирался добровольно вам помогать, но выставление гильдии на посмешище дела не улучшит. Мы нужны вам.
Глаза Бриар сузились, превратившись в колючки. — Я взбунтовалась против Короны Весны и обманом заставила полный зал королевских особ подписать обязывающий контракт. Я знаю эту землю так же хорошо, как свое дыхание. Я знаю ее корни, ее семена и ее почву. Я вспахивала и возделывала эти угодья, заботилась о ее фауне и изучила каждый параграф ее истории. Я образованна, изобретательна и непреклонна. И на моей стороне самый притягательный, красноречивый и опасный негодяй на всем континенте…
— Это я, — заметил я. Словно назойливая помеха, я закинул ногу на ногу, оперся пальцем о висок и повернул голову к Бриар. — И ты забыла добавить «горячий».