На улице мы катались на лошадях по дикой местности и тренировались на лужайке перед домом. Поскольку мы взяли с собой оружие, мы бросили друг другу вызов на второй поединок. Вот только Поэт усложнил задачу, сняв рубашку, выставив свои достоинства напоказ. Хотя, справедливости ради, я отплатила ему тем же, оставшись только в тонкой сорочке и леггинсах. Босиком мы ходили кругами, дразня, искушая и выслеживая друг друга.
Час спустя мы объявили ничью. Пот блестел на его грудных мышцах и стекал между моими грудями.
В таком виде Поэт давал мне советы о том, как метать шипы в движении и из неожиданных позиций. Он также продемонстрировал приемы рукопашного боя. Они оказались сложнее, чем я надеялась, но я оказалась способной ученицей. По крайней мере, до тех пор, пока он не навис у меня за спиной.
Поэт сжал мои пальцы в кулак и прижал наши тела друг к другу, имитируя серию быстрых ударов. Его фигура вращалась вместе с моей, его жар рассыпал искры по моей коже.
Заметив мою реакцию, его лукавый рот прошелся по моей шее. — Вот так, — его голос ворвался мне в ухо.
Мои глаза закатились. Руки задрожали.
В следующее мгновение моя спина ударилась о ближайшее дерево. Мы успели снять только нижнюю половину одежды, прежде чем набросились друг на друга. После этого Поэт опустился передо мной на колени, и его голова исчезла между моих бедер.
Дни сливались воедино. Казалось, я была пьяна и в то же время в ясном уме. Я никогда в жизни столько не ухмылялась, не стонала, не умоляла, не болтала и не хихикала.
На рассвете мы с шутом купались в мельничном пруду, где он крался за мной, словно змей, заставляя меня визжать от смеха. Мы плескались, хотя было невозможно сосредоточиться, когда Поэт выходил из воды, словно морской бог, и стряхивал капли с волос. Струйки воды скользили по его торсу, стекали по узкой талии и исчезали под поверхностью.
Мое желание стало очевидным. Через несколько секунд Поэт отреагировал.
Он смял наши губы, пока мои ноги обхватывали его бедра. Затем мой ненасытный шут прижал меня к мельничному колесу, где его член вонзился в мою раздвинутую киску, и я закричала на весь лес.
Ближе к вечеру он удивил меня подарком, когда мы сидели обнаженные и сытые перед камином. — Искала это? — спросил он, поднимая книгу перед моим ошеломленным взглядом.
Я ахнула, узнав обложку и название, хотя этого тома не хватало в моей коллекции. Схватив книгу, я провела пальцами по тиснению, а затем прижала ее к груди. — Где ты ее нашел?
— Там, где знал, что нужно искать, — ответил Поэт, его глаза блестели от удовлетворения. — В твоем любимом месте.
— В библиотеке? В какой именно?
— Во всех.
Я оторвала взгляд от обложки. — Во всех библиотеках Осени? Но я проверяла. На протяжении многих лет я рассылала запросы.
Шут тихо произнес: — Не только в Осени.
Весна. Лето. Осень. Зима.
На это ушла бы вечность. Гораздо больше времени, чем мы пробыли здесь.
Поэт заправил прядь волос мне за ухо. — Потребовалось много посланников, в основном сов, ястребов и воронов. Они передвигаются быстрее. Как оказалось, их услуги тоже стоят недешево, но что поделать? — Он постучал меня по носу. — У меня дорогой вкус, и я не привык слышать слово «Нет».
Он помнил наш разговор в ту первую ночь в моих покоях. Он запомнил, как упорно я искала эту книгу. По словам Поэта, она хранилась в одном из университетов Зимы.
Слезы защипали мне глаза. Я бросилась на него и скакала на моем шуте, пока он не зарычал.
После этого я прочитала ему первую главу, пока он покусывал мое плечо, а затем следующие пять глав, когда мы с головой ушли в историю и строили догадки, что же произойдет с героями дальше.
В сумерках я проснулась и обнаружила, что он исчез. Не в силах найти Поэта, я бродила по теням, в хижине было тихо и спокойно. Обостренное восприятие уверяло меня, что все в порядке, мои чувства настроились на какую-то игру.
Когда я завернула за угол, меня насторожил скрип. Нервный трепет пробежал по моим конечностям. Затем из ниоткуда выросла тень. Подобно призраку, очертания шута материализовались и затащили меня в коридор.
Я едва успела издать звук. Поэт оторвал меня от пола, прижал к стене и раздвинул мои ноги вокруг своего стоящего члена. Он трахнул меня там же, где и поймал, мои ступни упирались в противоположную стену для равновесия, мои крики смешивались с его.
Мы изматывали себя, а затем начинали все сначала. Мы дразнились и насмехались. Мы лежали лицом к лицу на подушках и откровенничали. Мы заставляли друг друга сгорать.