Несколько рыцарей поддерживали то, что осталось от Векса. Мужчина пошатывался на коленях, его лицо было лишь оболочкой того, кем он был раньше.
— Уберите его отсюда, — процедил я сквозь зубы. — Уберите его с глаз Бриар, пока я, блядь, его не убил.
Сморщенный ювелир с трудом поднял голову и прохрипел: — Слишком поздно.
Затем он воспользовался минутным замешательством рыцарей. В последнем акте глупости Векс бросился на землю, схватил свой клинок и перерезал себе запястье.
Больше крови. Больше вздохов. Больше криков.
Бриар подалась вперед. Ее рот открылся, когда ублюдок рухнул замертво. Я держал принцессу, осторожно обхватив ее руками на случай, если она снова потеряет равновесие.
Суматоха вырвалась из замка. Больше силуэтов выбежало на улицу, многие из них несли факелы и фонари.
Охваченные ужасом, члены Королевского совета застыли на месте.
Каденс, Пози и Вейл пробились сквозь толпу. — Бриар! — позвала одна из них, пока все три женщины бросились к стороне принцессы.
Поскольку я не отпускал ее, а она не отпускала меня, леди ограничились тем, что вытерли лоб Бриар, заменили мой камзол на подходящую ткань для ее раны и, обхватив ее ошеломленное лицо, начали его целовать.
После этого шок исказил черты женщин. Каденс побледнела, ее цвет лица стал желтым, как овсянка. Пози прижала руку ко рту, а челюсть Вейл отвисла.
— Бриар! — раздался испуганный крик из дверного проема. Авалея сжала подол своего платья и побежала к дочери. — О, моя девочка!
Все еще оцепенелая, Бриар оторвалась от меня, когда королева обхватила принцессу руками. Непролитые слезы блестели на ресницах королевы, и холодные струйки воздуха вырывались из ее рта, когда она шептала Бриар неразборчивые слова.
— Нику… — начали мы с Бриар.
— Он в безопасности, — сказала Авалея, запыхавшаяся и потрясенная. — Стычка не дошла до нашего этажа, но нижние уровни в руинах.
Принцесса обняла ее в ответ, а затем снова прижалась ко мне. Страдание блестело в ее зрачках, когда она обводила взглядом поле битвы. Скорбь исказила ее выражение лица, вместе с раскаянием.
Из-за спины я опустил рот к ее уху. — Только не смей.
Это была не ее вина. Она не вызывала этот бунт.
И все же она прижала ткань к ране и огляделась так, словно было иначе. Ее глаза пробежались по каждой падшей душе, от рыцарей до часовых и ремесленников. — Простите меня, — прошептала она разбитым голосом, словно могла захлебнуться своей виной. — Мне так жаль.
Я читал ее мысли. Мастера были предателями, но они все равно заботились об этом королевстве. У них были семьи и дети, как и у солдат, которые сражались, чтобы защитить ее.
Я почувствовал боль Бриар и не хотел ничего больше, чем поглотить ее, освободить ее от нее. Беспомощный, я притянул ее ближе, как будто было возможно вытянуть чувства из нее.
Со стороны небольшая фигурка выскользнула из кустов и попыталась сбежать. На полпути девочка по имени Кое-кто охнула, когда мощная рука вытянулась и схватила ее за край плаща. Эйр приковал ее к месту. Она рвалась и рычала, продолжая прятать лицо под капюшоном. Обмен ударами произошел на периферии, незамеченный никем, кроме Бриар и меня. Получив кивок от нас обоих, Первый Рыцарь отпустил девочку.
Она отпрянула и подняла голову, чтобы злобно посмотреть на него, но в тот момент, когда ее внимание переключилось на рыцаря, эти ореховые глаза расширились. Я не мог видеть выражение лица девочки, но нельзя было не заметить румянец, бегущий по ее шее.
Рыцарь нахмурился, глядя на скрытые черты девочки. — Ты в порядке?
Этот румянец сменился тем, что, как я полагал, было свирепым взглядом. — Пошел к черту, — отрезала она.
На что ресницы Эйра дернулись от возмущения. Вид того, как эта девчонка, на десять лет моложе его, ставит на место громоздкого солдата, должен был бы забавлять. И это было бы так, если бы не эта проклятая ночь.
Другой рыцарь схватил малютку за руку, собираясь потребовать от нее извинений. Но, не сводя глаз с девочки, Эйр приставил плоскость своего меча к груди товарища.
— Руки. Прочь, — приказал он.
Девочка подпрыгнула назад, а затем взглянула в мою сторону. С расстояния Бриар и я заметили то, чего не увидели солдаты. Под капюшоном губы девушки дрожали. Она боялась того, что увидела. Но еще больше она боялась, что ее обнаружат.
Что бы ни было ее мотивацией для сотрудничества с Мастерами, чего бы она ни хотела достичь, она только что это потеряла. Мастера были мертвы, забрав с собой ее надежды.