Какого хуя? Мы с Бриар планировали встретиться с Авалеей через час. С чего бы ей требовать присутствия двора, прежде чем поговорить сначала с нами?
Я развернулся к двери сына, готовый ворваться внутрь. Но перегородка распахнулась слишком рано, и Бриар вывалилась в коридор, выглядя ошеломленной.
Мы уставились друг на друга. Поверх юбки и лифа цвета ржавчины на ней был приталенный черный корсет, который обхватывал ее ребра и прикрывал плечи. Оттуда надувались пышные рукава цвета ржавчины, которые затем стягивались в тугие, стеганые рукава вдоль рук. Замшевые перчатки того же оттенка облегали ее пальцы, а волосы она уложила в небрежную косу.
Бриар никогда не принимала ни единого бездумного решения. Все было просчитано, поэтому такой стиль казался намеренным. Каждая деталь стягивала ее, словно бандаж, как будто она нуждалась в дополнительной поддержке, чтобы просто стоять на ногах.
Я растянул слова. — С каких это пор твоя Мать созывает совещание, не поговорив с тобой заранее?
Горло принцессы сглотнуло. — Она этого не делает.
— Папа? — В поле зрения показалась голова Нику, его маленькое личико сморщилось от замешательства. Держа Тамбла на руках, мой сын переводил взгляд с меня на принцессу и рыцаря. Пока этот чертов рог сотрясал воздух, Нику искал подсказки, как ему реагировать. Если бы кто-то из нас выглядел испуганным, он бы это почувствовал.
Я опустился на колени и взъерошил его волосы. — Ничего страшного. Просто жуткий инструмент, который и в подметки не годится твоему голосу.
Бриар опустилась рядом со мной. — Возвращайся к чтению истории, — подбодрила она. — Узнай, чем всё закончится.
Поскольку мой сын не был дураком, он заколебался. И все же что-то в чертах Бриар заставило его выпрямиться. — Я пойду учиться быть героем, Бриар Патч. А ты иди и будь правительницей.
Она одарила его застывшей улыбкой, затем обхватила его личико и поцеловала в лоб. Я игриво пощекотал его за бок, что заставило его хихикнуть, пока он вприпрыжку бежал в комнату с Тамблом, свисающим с его плеч.
Как только дверь закрылась, мы сорвались с места. Мы с Бриар зашагали по коридорам, в то время как Эйр пробормотал другому солдату: — Охраняй Королевского Сына.
Королевский Сын. Признаюсь, мне понравилось, как это звучит.
Обхватив пальцами эфес одного из своих мечей, Первый Рыцарь патрулировал позади нас. Что бы он ни чувствовал, та же тревога покалывала и мою кожу. Я схватил Бриар за руку и зашагал впереди нее, заслоняя от всего, чего мы не могли предвидеть.
— Они принесли себя в жертву, — пробормотал я Бриар, крадучись впереди.
Дыхание принцессы пресеклось. — Гильдия?
Я кивнул и шепотом изложил свои теории, пока мы шли по коридору. Бриар слушала, но не отвечала, давая понять, что согласна со мной. Половина этого была спланирована, другая половина оказалась для Риза счастливой случайностью.
Оставался один вопрос. Что нам с этим делать?
Смертоносный выброс адреналина пронзил меня, когда я подумал об алой ленте, ожидающей на столе короля. Я расскажу Бриар об этом позже.
Спустя целую вечность, проведенную в коридорах и на лестницах, мы вышли на площадку главного входа в замок. На вершине ступеней, возвышающихся над местом недавней битвы, мы замерли.
Перед нами материализовалось море голов. Под кленом придворные заполнили огромный двор до отказа. Королевский Совет выстроился полумесяцем по одну сторону от площадки. Каденс, Пози и Вейл топтались неподалеку, на их лицах читалась тревога. Они знали не больше нашего.
Эйр обогнул нас и спустился на несколько ступеней ниже, где занял позицию, словно телохранитель. Вот только никто из остальных членов отряда к нему не присоединился.
Риз и его жена витали, словно смог — ядовитый, отравляющий — за спиной Авалеи, которая стояла с безупречно прямой спиной. Но в тот момент, когда ее взгляд упал на Бриар, маска дрогнула. Она смотрела на свою дочь с той мучительной агонией, которая предназначена для родителей, у которых не осталось выхода.
Шипение поднялось к моему горлу. Я заслонил собой принцессу.
Взгляд Бриар скользнул по толпе, затем метнулся к королеве. — Мама?
Губы Авалеи дрогнули. Она открыла рот, но сквозь тишину прорвался новый шум.
Один из дозорных прокричал что-то с парапетов. В воздухе раздался звон, яркий и резкий, похожий на музыку ветра. Осознание пронзило меня, словно удар тока по нервной системе.
Колокольчики. Из-за всей этой суматохи мы с Бриар совсем забыли о прибытии Весны на «Праздник Жнеца». Отправленное нами приглашение, очевидно, было принято, однако Осени сообщить об этом решении как-то позабыли. Типично для моей родины.