Все обернулись, по двору пробежал шепот. Караван из лошадей и карет катился по дороге, проезжая мимо Блуждающих Полей, нижнего города и, наконец, пастбища с кленовыми деревьями. Решетка поднялась, впуская вереницу экипажей, копыта их лошадей застучали по кирпичам.
Рыцари закричали: — Дорогу!
Словно муравьи, толпа расступилась перед вереницей карет, въехавших во двор. Появились всадники в темно-зеленых военных плащах, один из них спрыгнул со своего скакуна и распахнул дверцу. Базил и Фатима выпорхнули из экипажа, являя собой зрелище из шелка и драгоценных камней.
Двор ахнул и склонился в волне поклонов и реверансов.
— Какой прием, — радостно воскликнул Базил, с восторгом хлопнув в ладоши.
— Ваши Величества, — горделиво произнесла Фатима, удивленная присутствием Лета. — Надеюсь, мы не опоздали.
Нет, они, блядь, не опоздали. Наоборот, они приехали дохуя рано.
Судя по всему, король и королева прибыли по секретной реке, предназначенной для их личного пользования. Именно так дамы Бриар добрались сюда так быстро.
Однако изумление Авалеи говорило само за себя. Ради чего бы ни собралась эта процессия, очевидно, это не имело никакого отношения к приветствию Весны.
Риз, которому явно не терпелось, чтобы разбирательство не прерывали, протолкнулся вперед. — Весьма театральный расчет времени, Весна, — проворчал он. — Однако и весьма трагичный. Крайне прискорбно, что вам приходится быть свидетелями этой передачи власти.
Монархи Весны моргнули в недоумении.
Действительно. — Какой еще, блядь, передачи? — прорычал я.
В хвосте процессии со скрипом распахнулась дверь еще одной кареты, хотя это заметили лишь несколько человек. Из экипажа показалась голова со светлыми волнистыми волосами, за которой последовала пара выжидающих голубых глаз. Шею путешественника украшала татуировка в виде лютни; его взгляд скользнул по толпе, ища и, наконец, находя Бриар.
Клянусь Сезонами. Увидев его, принцесса шумно выдохнула.
— Элиот, — выдохнула она.
Мне хотелось разделить ее счастье, но эта радость была мимолетной. Точно так же восторженная ухмылка менестреля сменилась недоумением. Ошеломленный, Элиот нахмурился от беспокойства, уловив выражения наших лиц.
«Что случилось?» — одними губами спросил он нас.
Все остальные взгляды переместились с меня на Бриар, а затем на Авалею.
Королева сглотнула, настолько подавленная, что забыла поприветствовать Весну. Ее взгляд приковался к глазам Бриар. — Выйди вперед, дочь.
Формальность. Дерьмо, дело принимало уже не просто скверный, а пиздецовый оборот. В тот миг я вспомнил кое-что важное. Принцессы и шуты были не единственными фигурами, которым приходилось играть роли. Больше, чем кому-либо, это приходилось делать королевам.
Бриар потребовалась целая вечность, чтобы оторвать взгляд от встревоженного лица Элиота. В оцепенении она встретилась взглядом с матерью, но не сдвинулась с места. Вместо этого она потянулась ко мне.
Издав хищный звук, я схватил пальцы Бриар и шагнул еще ближе, закрывая ее собой. Наши руки сплелись, крепко и неразрывно.
Авалея понимающе кивнула. Слова прозвучали так, словно их пришлось выдавливать силой. — Дочь Осени, — объявила она. — На нашем пороге пролилась кровь. Как к своему монарху, люди обращаются ко мне в поисках возмездия. Поэтому выслушай свое наказание сейчас.
Рычание вырвалось из моего горла. Никакой закрытой аудиенции? Никакого законного суда? Этот двор, должно быть, блядь, шутит.
Черты Бриар исказились. Пот скопился на ее ладонях и просочился в мою кожу.
Пальцы моей колючки дрожали. Более того, ее подбородок сморщился. В тот миг она, казалось, поняла нечто такое, на осознание чего у меня ушла лишняя секунда.
И тогда я понял.
Мы догадались об этом еще до того, как Риз решил использовать свою жалкую глотку. — Тебя изгнали из Весны, — провозгласил он, чтобы все услышали, а затем с торжеством уставился на принцессу. — Но зачем останавливаться на достигнутом?
Моя грудь провалилась. Невидимая маска соскользнула с моего лица, потому что я не мог этого скрыть. Я никак не мог скрыть, что это со мной сделало.
Осень требовала наказания для Бриар. Они сочли ее неверной наследницей на грани безумия.
Но они не были заинтересованы в том, чтобы бросить ее в темницу. Нет, на глазах у ее подданных, друзей и свидетелей — Королевского Совета, Короны Весны, Эйра, Каденс, Пози, Вейл и Элиота — они намеревались сделать кое-что похуже.