Принцесса покинула свое место. — Почему вы здесь?
Его внимание переключилось на нее. — Я слышал, вы довольно деятельны для наследницы, работаете на полях бок о бок со своими подданными. Возможно, вы вдохновили меня на то, чтобы я тоже внес свою лепту в реальный труд. Возможно, я решил лично сопровождать безумцев, которых обещал вам, потому что пересмотрел свои взгляды на разницу между лидерством и прислуживанием.
— Для этого нужно знать, где находится сердце, Сир, — спокойно заявила Бриар, словно отпуская невинное замечание о погоде.
Риз сузил глаза. — Что это значит?
Я вежливо усмехнулся. — Это значит: пошел на хуй.
— Поэт, — предупредила Бриар.
Король метнул свой взгляд в мою сторону. — В Лето я приказывал обезглавливать людей и за меньшее.
— А в Лето океан топит людей без всякой причины, — напомнил я ему. — Похоже, вы не слишком высоко ставите планку.
— Поэт.
Но я проигнорировал Бриар. — Возможно, вам стоит поработать над своим порогом уверенности, если для того, чтобы оскорбить вас, достаточно лишь языка шута и хмурого взгляда принцессы.
— Ты оспариваешь могущество короля? — требовательно спросил Риз.
— Вовсе нет, — возразил я. — Я отрицаю его присутствие.
— Поэт, — отчеканила Бриар себе под нос. — Хватит.
Моя голова резко повернулась в ее сторону. Когда наши взгляды столкнулись, мои зрачки расширились. По какой-то причине иголки вонзились мне в спину.
О, Бриар видела его бред насквозь. Она знала, что Риз не вдохновлялся ни единым ее поступком. Но неужели она не уловила завуалированную снисходительность, которую он бросал в ее адрес? Комментарий о готовности Бриар трудиться со своими подданными был оскорблением. Риз намекал на то, что она не знает разницы между фермером и правителем. Он принижал Бриар, называя ее некомпетентной.
Говори с моей колючкой свысока, и я достану кинжалы. Кроме того, мы договорились, что если я смогу вывести короля из себя, я должен это сделать. Так какого хера она снова меня останавливает? Мой гнев сейчас был под контролем.
Я почувствовал, как глаза короля скачут между нами. — Ссора влюбленных? — злорадствовал он.
Этот вопрос разорвал наш транс пополам. Черты Бриар дрогнули от осознания, и готов поспорить, мои тоже. Блядь, он добрался до нас, даже не пытаясь.
Момент закрепился. Мы обменялись еще одним коротким взглядом, поклявшись не допустить, чтобы это повторилось.
— Враги, ставшие любовниками, — задумчиво произнес король. — Соблазнительная завязка, я уверен. Но что происходит, когда эти любовники не могут договориться о том, как быть союзниками? Кто прав, а кто виноват? — Его голос тек по комнате, как масло, на котором было опасно поскользнуться. — Кто победит в споре?
— Речь не о том, чтобы победить в споре, — сказала Бриар. — Речь о том, чтобы понять суть спора.
— Возможно, именно поэтому нас двое, а вы один, — добавил я.
— И как долго это продлится? — размышлял Риз.
Краем глаза я увидел, как Бриар провела ногтем по нижней губе, словно она у нее чесалась.
Не отвечай на это.
Когда ни один из нас не ответил, придурок оттолкнулся от края кресла. — Знаете, — продолжил он, — после ваших преступлений и последующего обмана во время нашей сделки, я продолжал твердить себе, что это были единичные случаи. Я убедил себя, что вы двое не имеете значения — вы ниже моего возмездия. Если кто-то мало для вас значит, зачем тратить на него время? Зачем прилагать усилия?
Делая вид, что обдумывает это, он направился к Бриар. Я отстранился от каминной полки и следил за его передвижением, мои пальцы сжимали кинжал под пальто.
Риз остановился перед принцессой. — Вы получили своего маленького негодника-простака. Я сбыл с рук кучу безумцев. И я увидел, как вас высмеяли в Ночь Жаворонка.
Затем он обошел ее. И мои пальцы отпустили кинжал.
Риз подошел ко мне у огня и оперся локтем о каминную полку, по сути отзеркаливая мою позу.
Хотя, скажем прямо, у меня это получалось лучше. И я выглядел лучше, делая это.
— Даже твое наглое чтение стихов в моем шатре, плюс тот драматичный поцелуй между вами двумя, я мог бы простить, — сказал он мне. — Сначала я был в ярости, но публика склонна забывать подобные выходки в пылу закатного карнавала. Особенно если эта публика состоит из жителей Весны, опьяненных наркотическими лепестками, цирковым весельем и необузданной похотью. Так что они брели от одного развлечения к другому, что свело на нет твою попытку унизить меня. Конечно, от этого мне стало легче.