Ноздри Поэта раздулись. Его глаза загорелись хищным зеленым цветом, но он меня не остановил. Однажды я сказала ему, чтобы он держал свои ленты наготове для меня. Что бы он там себе ни думал, я всегда сдерживала слово.
Оставив шута связанным в своей власти, я устроилась поудобнее. Мои бедра покоились на его коленях, ноги были раздвинуты по обе стороны от его сильной талии, а моя киска терлась о тяжелую мачту его члена. Юбка платья укрывала нас, расходясь, как занавес, в том месте, где он разрезал ткань.
Моя похоть испачкала его штаны. Глаза Поэта затуманились, и легкая ухмылка скривила его рот.
Я прижала свои губы к его и прошептала: — А потом я буду скакать на тебе на этом троне, пока ты не кончишь, как послушный шут. Ты понимаешь?
Этот грязный рот скривился еще сильнее. Он жестче прижался своими губами к моим и толкнул член вверх, ударяясь им о мои влажные стенки. — Тогда чего же ты ждешь, м-м-м? — Этот хриплый голос зашуршал по мне, октава была такой же низкой, как и моя. — Трахни меня, Бриар…
Мои губы метнулись вниз, чтобы заткнуть его. Я проглотила эти слова, отчаянно желая попробовать их на вкус, поглотить их. Изголодавшийся, мой рот приварился к нему и втянул нас в еще один поцелуй.
Мой язык заскользил вместе с его. Мои неугомонные пальцы нырнули к его штанам и рванули застежки.
Спустя несколько быстрых рывков застежки разошлись. Широкий, длинный член Поэта показался из-под ткани. Раскрасневшийся и темный на головке, он вклинился между нами, и это зрелище заставило меня намокнуть с новой силой. Бархатистая капелька просочилась сквозь щелочку на его венце, но, хотя мне и хотелось слизать эту каплю и послушать, как стонет шут, я хотела, чтобы эта капля оказалась внутри меня куда больше. Мне нужен был он весь, внутри меня, так глубоко, чтобы я никогда не забыла, каково это.
Я поспешила, мои движения были неистовыми, когда я приподняла бедра над ним. Вход в мой центр завис над его напряженной длиной — и я опустилась на него. Поэт издал яростный звук, и я вскрикнула, когда наши талии сомкнулись. Моя киска плотно обхватила его член, увлажняя его от мошонки до самого основания.
Оседлав его эрекцию, мое тело растянулось, принимая его до самого упора. Я придвинулась ближе, пока наши грудные клетки не соприкоснулись, моя грудь уперлась в его. Мои соски затвердели, клитор набух, а голова закружилась. Кровь хлынула через пупок и закипела между моими складочками, эти первобытные ощущения были критически важными.
Член Поэта заполнил меня до краев. Стенки моей киски вспыхнули вокруг него, заключая его во мне.
Я бросилась в это с головой. Мое тело полетело на Поэта, бедра вдавливались в его колени. Я скакала на члене шута, застонав открыто, безрассудно.
Лицо Поэта исказилось. Он зарычал и сжал кулаки, не в силах пошевелить ничем, кроме талии. Его челюсть отвисла, изможденные выдохи вырвались в комнату. Я чувствовала каждый сантиметр его эрекции, пока вращала бедрами, ударяясь о него до тех пор, пока его затылок не стукнулся о кресло.
Вот так я трахала шута на своем троне.
Каждый раз, когда я опускалась на него, мою плоть охватывало пламенем, и еще один всхлип вырвался из горла. Я смотрела, завороженная тем, как глаза Поэта крепко зажмурились. Это видение подтолкнуло мои руки к навершиям, украшающим спинку кресла. Я ухватилась за эти выступы и использовала рычаг, чтобы броситься на него, обрушивая свои бедра на его.
Его член напрягся внутри меня, становясь еще длиннее. Венец ударил в какое-то чудесное место, что вырвало у меня крик. Моя кожа горела, мои колени согнулись вокруг него, и я громко завыла.
Время замерло и ускорилось. И тут Поэт начал двигаться в тандеме. С закованными запястьями он вложил все свои силы в бедра. Он подался тазом вперед и вонзил свой член глубже в меня, этот удар катапультировал все мое существо.
Снова и снова я стонала, пока Поэт вбивал свои бедра в мои. Сила его толчков заставила меня выпрямиться. Мое тело ловило его, мы оба двигались навстречу друг другу.
И все же этого было недостаточно. Даже близко не было.
Я закинула колени на подлокотники так, что мои ноги свесились по обе стороны от трона. Это приподняло мои бедра еще выше. Поэт заурчал в знак одобрения и бросился в меня, его член заколотил сквозь мои складочки.