Влад наблюдал, как команда рабочих быстро приводят в порядок землю, которую каждый день по кусочку облагораживала его мать. То, что она делала ежедневно с большим трудом, они делали быстро и легко.
Владу стало грустно. Он хорошо помнил, как мать, вернувшись с участка, садилась на стул, хватаясь за поясницу, вытягивала ноги и просила воды. Как он восхищался зеленью и цветами, выходя из дома. Как его приводил в восторг фонтан, всегда сияющий чистотой, и пахнувший свежей ключевой водой. Теперь ему в ноздри бил лишь запах свежескошенной травы. Земля, на которой раньше росли цветы, была освобождена от сорняков и перепахана, а декоративный пруд качественно вычищен. Несмотря на то, что участок облагораживали, Владу казалось, что рабочие убивают в нем нечто живое, что-то, чем он дышит, то незримое, что создает атмосферу дома. Влад зашел внутрь, хлопнув дверью.
— Эмма! Эмма!
Он сначала не поверил в то, что тень способна издавать звуки такой громкости. Эмма выбежала из своей комнаты и поспешила наверх. Она спустилась, когда Влад изучал содержимое холодильника на кухне,
— Что она так истошно кричала?
— Я уж было испугалась, что она выглянула в окно…
— А она?
— Попросила приготовить вам ужин, — Эмма закрыла холодильник и включила плиту, — ничего нового вы там не увидите.
— Мне ужин?
— Она часто просит меня сделать что-то для вас. Врачи утверждают…
— Мне не интересно, что они говорят, — махнул рукой Влад, — мне достаточно информации, что моя мать получает все необходимое.
— Привет! — на пороге показался Виктор.
— Привет.
— Здравствуйте.
— Наш участок не узнать! — он прошел в кухню и открыл холодильник.
— И вы тоже ничего нового там не увидите, — протянула Эмма.
Рано утром, когда братья выезжали в аэропорт, Влад внимательно рассматривал из окна машины скошенные газоны, чистый пруд и функционирующие фонтан, ровную вспаханную землю. У него внутри столкнулись два чувства, он радовался тому, что участок, наконец, ухожен, но одновременно расстраивался, потому что без рук матери он выглядел мертвым и никому не нужным, неестественно прекрасным.
Влад прибыл в «Новый Мир» к двенадцати часам.
— Вот это да! Как приведение увидел! — Игорь вышел из кабинета и случайно его заметил, — даже не собирался заглянуть?
— Собирался, привет, только заберу кое-какие вещи, — Влад поспешил открыть кабинет. Он взял из сейфа банковскую карту и пару папок с документами. Огляделся, в надежде, что больше сюда не вернется, и пошел к Игорю.
— Послушай, одному сотруднику требуется продлить визу, — Влад кинул вещи на диван и потянулся.
— Работа подвернулась?
— Да, и довольно интересная.
— Дай угадаю, речь о Еве?
— Точно.
Игорь встал со своего места и подошел к окну. Он скрестил руки на груди и глубоко вздохнул,
— Компания заинтересована в карьерном и личностном росте наших сотрудников…
— Что-то мне подсказывает, что ты сейчас не это хотел сказать.
— Не это. Не люблю влезать не в свое дело, но синяки на сотрудниках — это слишком.
Влад рассмеялся,
— Боишься оставлять ее со мной?
— Это не мое дело.
— Поэтому просто продли ей визу.
Игорь развернулся лицом к Владу и торжествующе поднял голову,
— Она должна сама сообщить мне об этом.
— Я ее куратор.
— Не имеет значения. Пусть свяжется со мной в ближайшее время. Влад, я давно тебя знаю, ты ответственный и рассудительный, — Игорь сел рядом с ним, — но то, что я наблюдал до вашего отъезда, заставляет меня сомневаться в твоей уравновешенности…
— Что?
— Ну, я имею в виду…
— Скажи, что ты имеешь в виду!
— Просто, пусть она мне позвонит, или я сам с ней свяжусь. Ты изменился, вот, что я имею в виду.
Город был укутан в самую настоящую осень. Сухие листья глубоких оттенков заполонили все дорожки, холодный воздух пронизывал насквозь, а ветер задувал под пальто. На небе перистые облака застыли в ожидании смены времени года. По сухой земле было понятно, что дожди здесь не частые. Влад глубоко вздохнул и подумал о том, что его решение о возвращении в Германию единственно верное.
Он издалека заметил сидящего на скамейке Михаила, хоть видел он его всего один раз, без труда понял, кто этот мужчина, в коротком пальто и темных джинсах. Владу не давали покоя мысли, как такой человек оказался рядом с Евой? Да не просто оказался, а стал ей мужем. Он представил, как они стоят в ЗАГСе, улыбаются друг другу, говорят, что согласны, надевают кольца. Все это заставило Влада улыбнуться, но не от умиления, а скорее от презрения. Он думал об этом, как о невозможном, как будто это все сон. Но от мысли, что это было, пусть давно, но все-таки было, у него внутри все переворачивалось. Влад уничтожал себя, представляя, как этот мужчина ложился с Евой в постель каждый вечер и просыпался каждое утро. Он дрожал от мысли, что каждый новый день она начинала с того, что целовала его губы. И он решительно не понимал, почему же они были вместе.