Эта мысль заставляет меня переступить через край. Я сильно кончаю, все моё тело становится твердым. Глаза закрываются, но тут я понимаю, что не хочу пропустить ни секунды.
— Не смей глотать, — прохрипел я.
Она хнычет, её губы всё ещё обхватывают мой член, когда я заливаю её рот своей спермой. Но она не глотает, а смотрит на меня с вопросом в глазах.
Я выхожу из неё, захватывая её челюсть и удерживая её открытой. Вот так. Ателия Харпер, отмеченная и моя.
Наклонившись, я сплевываю ей в рот, прежде чем отпустить челюсть.
— Проглоти всё до последней капли.
Она так и делает, не сводя глаз с моих.
Если бы я не понимал девушку, стоящую передо мной на коленях, я бы отвел её в душ и заставил кончить так сильно, что она разбудила бы Кэла и Уэса. Но я точно знаю, как работает Ателия.
Она извивается и трется бёдрами друг о друга — маленькая жалкая сучка. Но ей нравится быть униженной. Быть использованной.
Поэтому я улыбаюсь ей и покровительственно глажу по щеке.
— Хорошая девочка. Ты можешь уйти. Теперь я с тобой закончил.
— Что? Но…
— Шшш… — Я прижимаю палец к её губам. — Хорошие игрушки не говорят в ответ. Они слушаются.
Ателия выглядит так, будто хочет меня задушить, но под этим я вижу, как ей это нравится. Я никогда не забуду всё то, что узнал о ней за те первые две недели первого курса. Ателия более извращена, чем можно подумать, глядя на неё.
Не говоря больше ни слова, я отворачиваюсь и иду в душ. Дверь закрывается, и я наблюдаю, как она со взволнованным вздохом опускается на пятки. Стекло запотело, но я могу представить себе её выражение лица.
Ошеломленное. Лишенное дара речи. Нуждающееся — и в то же время благодарное.
Через минуту она встает.
— Пошел ты, Келлан.
Я хихикаю.
— Тебе бы это понравилось, да?
Единственный ответ, который я получаю, — это звук захлопывающейся двери ванной, когда она выходит.
Глава тридцатая
Ателия
Этот грёбанный ублюдок.
Не стоило думать, что парни забудут, что мне нравится в постели. То, что Келлан говорил мне, пока я сосала его член, так заводило меня, что казалось, я вот-вот взорвусь. Он знал об этом и послал меня подальше, не удостоив даже вторым взглядом.
Я бы разозлилась ещё больше, но я знаю, что он сделал это, потому что так я ещё больше возбужусь. Келлан, может, и придурок, но ему тоже нравится давать мне то, что я хочу. Это была идеальная возможность для обоих.
Уэс на кухне наливает кофе из кофейника. Когда мы замечаем друг друга, оба замираем. Даже не скажешь, что я пыталась причинить ему боль прошлой ночью. Нет ни синяков, ни следов. Он как всегда привлекателен — ещё больше, потому что на нем нет рубашки.
Татуировки Уэса выставлены на всеобщее обозрение. Змея на шее, рукав из роз, начинающийся на плече и спускающийся по руке, и ревущий тигр на грудной клетке. Есть и другие, но эти выделяются больше всего.
— Невежливо пялиться, — спокойно говорит он, потягивая свой чёрный кофе.
Мгновенно я отворачиваюсь.
— Где Кэл?
— Всё ещё спит.
Я бегу обратно по коридору к закрытой двери в конце.
Кэл — наименее невыносимый из них троих, и, надеюсь, он более ручной, когда хочет спать.
Мой план прошлой ночи ещё свеж в памяти, но к черту Уэса. Я могу поработать над сближением с двумя другими. Мои отношения с Уэсом со временем станут глубже, но, если я сделаю очевидным, что у меня есть предпочтения, это заставит его ревновать. Это дополнительный бонус ко всему этому.
Я не стучусь, входя в комнату Кэла. В любом случае, это не имеет значения. Он всё ещё крепко спит, лежит на боку, лицом ко мне.
Когда я забираюсь на кровать, он не шевелится. Я трясу его, но всё без толку.
Конечно, он крепко спит.
— Кэл, — говорю я, снова тряся его. — Пора просыпаться.
— Ещё пять минут, — простонал он.
— Нет. Уже девять.
Он бормочет что-то, чего я не могу разобрать, и я срываю с него одеяла. Он ворчит от холодного воздуха, и мои глаза расширяются, когда я понимаю, что он совершенно голый.
У него больше татуировок, чем когда мы были моложе, и пока он сонно хватается за одеяла, я рассматриваю их. На его груди красуется большое дерево с крепким стволом и детально прорисованными листьями. Но больше всего меня привлекает цветок лотоса на его правом бицепсе. Он не совсем сочетается с остальными, и мне интересно, значит ли он что-то для него.
— Телиааа, — хнычет Кэл и щурится на меня, пытаясь снова дотянуться до одеяла. — Зачем?
Я улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что Кэл так очарователен, когда только что проснулся?
— Ты будешь в порядке. Надо вставать.
Он качает головой с очередным стоном. Его руки скользят вокруг меня, и он притягивает меня ближе к себе. Нет, ближе. К нему. С удивленным вскриком я хватаюсь за изголовье кровати.
— Кэл! Что ты делаешь?
— Мне нужно знать, — бормочет он, укладываясь на спину.
— Что нужно знать?
— Каково это — просыпаться от того, что твоя красивая киска на моем лице, — он приподнимает меня, избегая при этом синяка на бедре.
Господи, какой же он сильный.
— Кэл, ты не можешь просто…
— Пожалуйста, — простонал он. — Сядь мне на лицо. Мне нужно знать.
По большей части он уже усадил меня на место. Мне нужно только приспособиться и опуститься ниже.
— Разве ты не хочешь…
Кэл шлепает меня по заднице.
— Я уже вежливо попросил. Не заставляй меня просить снова.
Это посылает новую волну возбуждения через меня. Келлан оставил меня мокрой и жаждущей его прикосновений. Я могла бы получить облегчение от Кэла. Кроме того, если Уэс услышит, это его разозлит. Он узнает, что я пошла за сексом прямо к Кэлу, а не к нему.
Может, я и хочу наказать их всех, но больше всего мне хочется, чтобы пострадал Уэс. Он вел себя хуже всех во всей этой ситуации.
Подстроившись так, чтобы оказаться над лицом Кэла, я нерешительно опускаюсь, не зная, какой вес он сможет выдержать. Я никогда раньше не была с кем-то, кто хотел бы сделать это, поэтому не уверена, что именно нужно делать.
Сдвинув мои трусики в сторону, Кэл хватает меня за бёдра и тянет вниз. Он такой сильный, его руки почти обхватывают мою талию. Он самый большой из них троих, и мне нравится, как он заставляет меня чувствовать себя. Маленькой, но в хорошем смысле.
Я задыхаюсь, когда Кэл исследует мою киску своим языком. После того как Келлан лишил меня этого, я стала очень чувствительной.
— Боже, Кэл, — задыхаюсь я.
Он стонет, а его руки путешествуют по моему телу. Он стягивает с меня майку и сжимает мою обнаженную грудь. Когда подушечки его больших пальцев касаются моих сосков, я хватаюсь за его запястья.
— О, пожалуйста, продолжай. Пожалуйста, Кэл.
Если бы это был Уэс, он бы наказал меня за то, что я говорю «пожалуйста». Глупый засранец не понимает, что я ничего не могу с этим поделать. Но Кэл наслаждается этим, постанывая и посасывая мой клитор.
По мере того как он продолжает, давление внутри меня медленно нарастает. Я двигаю бёдрами, прижимаясь к его языку, и он стонет от одобрения. Это немного больно, особенно когда мои мышцы становятся всё более напряженными, но оно того стоит.
— Кэл, — простонала я, стараясь, чтобы звук был достаточно громким. Но я не выглядываю в коридор. Моё внимание приковано исключительно к Кэлу.
Я нежно провожу пальцами по его светлым волосам. Похоже, ему это нравится: он сильнее сжимает мои соски и с большим энтузиазмом проводит языком по моему клитору. Мой живот сжимается, удовольствие преобладает над болью, но мне нужно ещё немного, чтобы кончить.
— Возьми меня за запястья, — говорю я ему.