– Здравствуйте, мистер Уэстон. – Рональд похлопал меня по плечу и крепко обнял. – Вы так давно не приезжали, как ваши дела?
Он прекрасно знал, что со мной.
Но делал вид, что я такой же, как прежде. Рональд гнал от себя мысли о моей болезни и никогда со мной о ней не говорил. И я прекрасно понимал, почему: все его близкие ушли из жизни. Они с моим братом были очень близки. Рональд с трудом пережил смерть Тая, и я знал, что, если уйду и я, сердце его скорее всего остановится тоже.
– Отлично, и я прекрасно себя чувствую, – соврал я в ответ и тоже его обнял. – Отец дома?
– Да, и уже вас заждался, – Рональд снова улыбнулся и еще раз похлопал меня по плечу. Еще двое работников отца уже сбежали вниз по лестнице, чтобы забрать наши вещи.
Я протянул руку Кирстен.
– Готова встретиться с моим отцом?
– Боже мой. – Кирстен вытерла вспотевшие ладошки об джинсы, прежде чем ухватиться за мою ладонь. – Я чувствую себя так, будто иду на встречу с президентом или что-то типа того.
Я запрокинул голову и рассмеялся.
– Поверь мне, это скорее «типа того». Это совсем не так страшно, как кажется. Обещаю, – успокаивающе проговорил я, но было непохоже, что моя девушка мне поверила.
Чем дольше мы шли по дому, тем шире распахивались ее глаза. Через холл на уровне второго этажа проходила конструкция, напоминающая мост, которая вела прямо в гостиную. Уличный свет из огромного эркера буквально заливал все пространство. Мы повернули направо и оказались перед кабинетом моего отца.
– Папа? – негромко позвал я.
– Входи.
Я поцеловал Кирстен в висок, крепко сжал ее руку и втащил за собой в помещение. Просторный кабинет был отделан в стиле Старого Света. Книжные шкафы выполнены из красного дерева, им же были обшиты и стены.
Отец сидел за своим огромным письменным столом и медленно потягивал бренди.
– Не рановато ли ты сегодня начал, пап? – пошутил я.
Глаза его сузились, но потом отец рассмеялся.
– Вообще-то да, ты прав, но я только что уволил Альфреда. Так что, думаю, могу с чистой совестью позволить себе немного выпить.
– Как? – Альфред был правой рукой и одним из верных советников отца на протяжении многих лет. – За что?
Отец махнул рукой.
– Наверняка об этом уже во всех подробностях рассказывают по CNN. – Он стукнул по столу, и на одной из стен развернулся огромный экран. И точно: как только на нем появилось изображение, в блоке новостей сообщили о скандале, в котором замешан Рэнди Митчелс.
– Итак. – Телевизор погас, и отец снова повернулся к нам: – Как зовут это прелестное создание?
– Кирстен. – И она протянула ему руку. – Очень приятно познакомиться, сэр.
– Сэр? – Отец нахмурился: – Неужели я выгляжу на все восемьдесят?
– М-м-м, конечно, нет. – Кирстен выдавила из себя испуганную улыбку.
– Рэнди, – подмигнул ей отец. – Можешь называть меня Рэнди, и, главное, не назови меня Папа. А то это может вызвать сердечный приступ. Я пока не готов к тому, чтобы этот вдруг парень остепенился. – Папа указал на меня и деланно вздрогнул. – Бедняга ни стирать толком не умеет, ни шнурки завязать.
– Просто великолепно. – Я закатил глаза.
– А ты умеешь готовить? – Рэнди скрестил руки на груди. – Уэс, ты ведь поэтому ее сюда и привез, да, сынок? Чтобы она приготовила ужин ко Дню благодарения?
Я прекрасно понимал, что он шутит.
А вот Кирстен, оказывается, нет.
Глаза у нее были полны ужаса. Белая, как полотно, она не отрываясь смотрела на отца. На какой-то момент ее ротик раскрылся от изумления. Кирстен явно запаниковала и поглядывала на меня в поисках поддержки.
Я сохранял невозмутимое выражение лица. То же самое делал и отец.
– Я, эм-м… – Кирстен отпустила мою руку и заправила волосы за ухо. Я сразу же понял: этот жест означает, что она страшно нервничает. Моя Овечка растерялась и не знала, что делать. – Ну, я могла бы что-то сготовить. Не могу обещать, что это будет так же вкусно, как то, что вы обычно едите, но могу попробовать.
Черт возьми, обожаю ее.
– Так где, говоришь, ты ее нашел? – обратился ко мне отец, не обращая ни малейшего внимания на ее ответ.
– В колледже.
– А она сообразительная.
– Я знаю. – И я сжал ладошку Кирстен.
– И милая, – заметил отец, вставая из-за стола и направляясь к нам. – И я даже осмелюсь сказать, что… красивая.