Меня обняли крепкие мужские руки, но это были не руки Уэса. Я бессильно повисла на этих руках.
Потом я заметила татуировки. Гейб. Это были его руки.
– Держи себя в руках, – прошептал он мне на ухо. – И дай ему выговориться. А я тут, за дверью, и в любой момент готов отвезти тебя домой, хорошо?
Я кивнула. Но мне совершенно не хотелось домой. Я ни за что не уехала бы от Уэса. Но, как бы там ни было, я кивнула.
Гейб отпустил меня и вышел из палаты.
– Ты не можешь умереть, – выдавила я дрожащим голосом.
Уэс улыбнулся:
– Хотелось бы верить.
– Почему ты потерял сознание?
Он похлопал по матрасу, и я снова опустилась на кровать.
– Что я могу тебе ответить? Мой отец – миллионер. Сейчас идет последняя неделя приема экспериментального лекарства, а потом мне предстоит операция.
Я резко подняла голову.
– Операция?
– Да, по удалению опухоли.
– Ага, и где она у тебя?
Это ведь хорошо, правда? Если опухоль удалят, Уэс будет здоров!
– Она завернулась вокруг сердца.
– Боже мой. – Я закрыла глаза, но это не помогло. Слезы снова водопадом хлынули по щекам. – Но врачи… – шмыгнув носом, продолжила я, – они считают, что смогут ее удалить?
Уэс наклонился ко мне вытер большим пальцем слезинку, катившуюся по моей щеке.
– Не плачь, моя маленькая Овечка. – Парень взял меня за руку и крепко сжал мою ладонь. – Мои шансы примерно пятьдесят на пятьдесят. Неизвестно, получится ли удалить ее целиком, потому что она находится так близко к сердцу, что есть риск его задеть. И если они подберутся слишком близко, это может убить меня. А если не удалить ее полностью, то я тоже умру.
Я не могла вымолвить ни слова. Оставалось только смотреть в его кристально-голубые глаза и молиться, что это ночной кошмар и я скоро проснусь.
– Ты… – Уэс облизал губы и погладил меня по руке, – ты останешься со мной?
– Чтобы тебя не мучили ночные кошмары? – попыталась пошутить я, но слезы предательски катились из глаз.
– Да, – он поперхнулся. – Чтобы не видеть больше кошмаров. Теперь мне нужна воительница в сияющих доспехах, чтобы защищать от монстров из-под кровати.
– Я убью их всех, – прошептала я. – Я буду защищать тебя, убью дракона и буду ждать тебя в замке.
– Обещаешь? – улыбнулся он с глазами, полными слез.
– Да, от всего сердца.
– Я люблю твое сердце, – вздохнул Уэс.
– Сердце и волосы, да? – Я положила руку ему на грудь.
– Сердце и волосы, – повторил он мои слова. – И сделай мне, пожалуйста, одолжение.
– Все, что угодно, – прошептала я.
– Что бы ни случилось в ближайшие дни, пообещай мне, что ты доделаешь все, что в твоем списке.
– Уэс…
– Пообещай мне, – строгим голосом сказал он.
Я закрыла глаза и почувствовала, как горячие слезы с новой силой покатились по щекам.
– Ладно, – выдохнула я, – ладно.
Глава 41
Я крепко обнимал ее всю ночь и не хотел отпускать. Через какое-то время зашел Гейб, и я сказал ему, что хочу, чтобы она осталась со мной. Он улыбнулся и сказал, что привезет ей чистую одежду. Еще год назад я бы не обратил на него внимания, если бы увидел в толпе. А сейчас мне казалось, что это мой лучший друг. И всем этим я был обязан девушке, которая спала в моих объятиях.
Уэстон
Мне не снились кошмары, и когда в пять утра медсестра зашла меня проведать, я чувствовал себя не лучше и не хуже, чем обычно.
Единственное, что изменилось – операцию перенесли на более ранний срок. Теперь до нее оставалось меньше пяти дней. А это значит, что у нас с Кирстен оставалось невыносимо мало времени. Через шесть дней я мог оказаться уже не в этом мире, а если и в этом, то мог впасть в кому. Или меня могли отправить домой умирать. Я сказал Гейбу, что буду бороться до конца, и я действительно буду бороться, но как же сложно при этом оставаться оптимистом. Это чертовски сложно!
Я начал молиться. Я снова и снова просил Бога пожалеть меня, и совсем не потому, что меня волновала собственная жизнь. Меня пугало, какой станет жизнь Кирстен без меня.
Мне не спалось, так что, когда Гейб подошел к моей кровати и поставил на пол сумку вещей, я был уже готов к чашке утреннего кофе. Я готов был пить и есть что угодно, только бы не эти чертовы лекарства, которые меня заставляли принимать.
– Спите еще? – прошептал Гейб, когда вошел.
– Как мертвые.
– Чувак, не смешно, – вырвалось у Гейба. Он сел на стул рядом с кроватью и закрыл лицо руками. – Совершенно не смешно.