Кажется, что камера прожжет дыру в моем кармане. Эйден должен получить эти снимки. Здесь доказательства: лордеры нарушают закон, они подвергают Зачистке маленьких детей. Игнорировать такое невозможно. Может, это тот случай, который заставит, наконец, всех подняться, встать вместе и сказать лордерам «хватит»?
Чувствую панику из-за того, что уникальные снимки существуют только здесь, у меня в камере. Если лордеры зададут мальчишкам правильные вопросы, то узнают, что «Лево» на их руках сфотографировали. И сделают все, чтобы найти меня. А если узнают, кто я… Я погибла.
Такие поступки противоречат инстинкту самосохранения. Но я должна выжить. Должна передать снимки Эйдену.
Мы должны рассказать обо всем и остановить это.
Глава 22
– Мы можем поговорить?
Стелла улыбается – рада, что я пришла к ней, и вид у нее при этом такой абсурдно счастливый, что в груди возникает какое-то нехорошее чувство.
– Конечно, заходи.
Я вхожу в ее офис и запираю за собой дверь.
Она удивленно вскидывает бровь.
– Похоже, дело серьезно. Все в порядке?
– Нет. Не совсем.
– А что такое?
Не знаю, что и сказать. Вообще-то чем меньше она знает, тем лучше для нее самой. Но при всей необходимости соблюдать осторожность я не могу поступить с ней так – не могу уйти, как камень в воду. Хватит.
Стелла поднимается из-за стола и подходит к стоящей у двери софе. Я сажусь рядом.
– Продолжай. Мне ты можешь рассказать все.
– Тебе это не понравится. Очень жаль, но я должна уехать.
– Уехать? – Она качает головой. – Но ты же едва приехала. Почему?
– Я практически уверена, что моя легенда раскрыта, а если и нет, то это скоро случится. Если останусь, за мной придут.
– О, Люси. Нет. Я пойду с тобой. Я…
– Нет. Так нельзя, риск слишком велик. Я буду в боˊльшей безопасности, если уйду одна, сама по себе.
Череда эмоций отражается на ее лице, и я готовлюсь к взрыву, но буря проносится, не успев начаться. Стелла опускается на продавленную софу.
– Когда? – спрашивает она шепотом.
– Не знаю. Скоро. Как только смогу кое-что устроить. Но это не навсегда. Обещаю – я буду на связи и когда-нибудь, когда ситуация изменится, вернусь и навещу тебя.
– О, Люси. Нет. Это несправедливо.
– Такова жизнь. – Получается резче, чем хотелось бы. Но ведь и правда – когда это жизнь была справедлива ко мне? Даже когда я подумала, что возвращаюсь наконец к своей настоящей семье, выяснилось, что и это все ложь.
– Но это ведь не из-за меня, правда?
– Конечно, нет.
– Расскажи мне все. Может быть, я смогу помочь.
Я качаю головой.
– Извини, но тебе лучше ничего не знать.
– Ты не доверяешь мне, – с горечью говорит Стелла.
– Дело не в этом! Но, с другой стороны, а почему я должна тебе верить? Ты лгала мне всю жизнь. – Слова выскакивают раньше, чем я успеваю их остановить.
Она отворачивается:
– Ты сама догадалась, да?
– О чем?
– О том, что я не все тебе сказала.
– А о чем еще ты мне не сказала? – наседаю я, хотя и понимаю, что планировала разговор иначе, но удержаться и не спросить не могу. Что еще от меня скрыли?
– Я в этом не виновата!
– В чем ты не виновата?
– Она заставила меня, неужели ты этого не понимаешь?
– Кто? Твоя мать? И что она заставила тебя сделать?
– Она шантажировала меня все эти годы. Заставляла молчать. Я была пленницей и все время беременности просидела под замком. Она не хотела, чтобы я с кем-то разговаривала, не пускала к тебе Дэнни, обставляя все так, будто я этого хочу. Возможно, останься я дома, моя малышка была бы жива. Но потом, когда она принесла тебя… да, она знала, чем меня взять. И я уже ничего не могла сказать, ведь так? Иначе и тебя бы забрали. В конце концов она все же меня отпустила.
– Ты о чем?
– Ни о чем. Хватит. Хочешь узнать что-то еще, открой мне свои секреты.
– Я и открыла. Пришла сказать, что должна уехать. Хотя говорить, наверно, и не стоило, потому что это опасно для тебя. Но… что сделано, то сделано.
Я поднимаюсь.
– Подожди, не уходи. Пожалуйста. Я скажу тебе. Но пообещай никому больше не рассказывать.
Останавливаюсь. Внутри снова все кипит. Что-то у нас со Стеллой… не знаю. Она меня бесит. Но как же плохо ей будет, когда я уеду. Перевожу дух, сажусь.
– Ладно. Рассказывай.
– Я выведала кое-что, сопоставила. Узнала, что делала моя мать против правительства.
– Против лордеров? – Голова идет кругом. Как же так? Ведь она сама стопроцентный лордер.
– Не совсем так. Видишь ли, в правительстве есть разные фракции. Моя мать поддерживает сторонников жесткой линии, а последний премьер-министр к таковым не относился. Ему пришлось уйти.