– Не просто подругу. – Она вытягивает из-под одежды цепочку с золотым медальоном и открывает его. – Видишь? Локон волос девушки, которую я любила много лет назад и которую приговорили к смерти за участие в беспорядках. Локон дочери Грегори, Саманты. В твой прошлый визит, когда ты порезала ногу, я, ни о чем таком не думая, взяла немного крови для анализа на ДНК. Немного погодя, ни на что особенно не рассчитывая, я сравнила твою ДНК с ДНК, взятой с локона. Не знаю, как ей удалось выжить, но Сэм – твоя мать.
– И вы пошли к Грегори и рассказали ему обо мне?
– Именно так.
– Где моя мама? Она жива?
– Надеюсь, что жива. Грегори занимается этим сейчас.
– Но как он догадался насчет Астрид?
– Благодаря тебе. По твоим словам, приют, возле которого ты побывала, находится в Камбрии. Грегори связал приют с исчезновением его дочери и вышел на Астрид, которая видела в Сэм возможность дискредитировать самого Грегори. После Армстронга он был наиболее вероятным кандидатом. Устраивая убийство Армстронга, Астрид понимала, что это не даст ей непосредственного доступа к власти. Она планировала далеко вперед.
– Не понимаю. Чем Сэм могла быть полезна Астрид?
– Возможно, она думала, что когда-нибудь представит дело так, будто Грегори нарушил закон ради спасения своей дочери. Потом, когда появилась ты, у нее возник план получше: используя внучку Грегори, скомпрометировать Зачистку и одновременно убить его самого и дочь Армстронга. Когда именно у Астрид возник этот замысел, сказать трудно, но, как представляется, тебе было лет десять, когда она устроила через Нико, чтобы ты попала в АПT.
– Если бы ее планы тогда сработали, лордеры не знали бы, какие Зачищенные надежны, а какие опасны.
– Астрид занимает крайне жесткую позицию. Считает, что смертная казнь предпочтительнее Зачистки. Она не остановилась бы ни перед чем и стала бы первым кандидатом на должность премьера в случае убийства Грегори. Но ты расстроила все ее планы.
– Я убежала, чтобы спасти вас, и меня не было рядом с Грегори и другими, когда должна была взорваться бомба, спрятанная в моем «Лево».
– Да. А потом я узнала кое-что от самого Грегори. Узнала, что Коулсон заметил расхождения в твоих документах и у него появились подозрения в отношении тебя. Когда в твоем доме взорвалась бомба, он воспользовался этим случаем, чтобы объявить тебя мертвой и предотвратить возможное вмешательство АПТ, чтобы самому распутать это дело.
– Но как вы нашли нас здесь сегодня?
– По распоряжению Грегори за Астрид установили наблюдение. Когда она отправилась на юг с группой поддержки, мы поняли – готовится что-то масштабное. И подошли ближе. Вовремя. – Доктор Лизандер улыбается.
– Да. Спасибо. Действительно вовремя.
Еще раз обдумываю все услышанное, но итог один и тот же. Еще ребенком меня забрали у матери, о которой я ничего не знала вплоть до сегодняшнего дня. Где она? Жива ли она? И… Бен.
– Что будет с Беном?
– Не знаю. Он – преступник, хотя и действовал, возможно, под принуждением.
– А где он сейчас?
– Его забрали в госпиталь – на осмотр и под наблюдение.
– Когда я смогу его увидеть?
– Я бы не советовала. Думаю, для вас обоих этот шаг неблагоразумный.
Программа «Знать обязан» получила новое вступление – Мак добавил Грегори. В девять часов вечера, на три часа позднее запланированного, передача вышла в эфир и попала во все телевизоры и на видеоэкраны не только нашей страны, но и многих других. Неужели столько всего действительно произошло за такое короткое время?
Я стою рядом с Эйденом. Он то и дело морщится от боли, но глаза блестят.
– Есть! У нас получилось, Кайла. – Эйден улыбается, но переводит взгляд с меня на Грегори и обратно.
Когда все заканчивается, Грегори поворачивается к ребятам.
– Оставьте нас на минутку, – говорит он тоном человека, который привык, что ему подчиняются.
Времена, однако, изменились. Они смотрят на меня.
– Все в порядке. Идите. – Пока парни тянутся к выходу, я гляжу на Грегори. Моего деда. Незнакомца. Человека, которого я ненавидела всей душой за все то, что он защищал, и при этом совершенно неожиданно спасшего мне жизнь. И не только мне, но и всем нам.
Грегори поднял бровь:
– Ну что? Осмотр прошел?
Я пожимаю плечами:
– Не знаю. Есть хорошее, есть плохое.
– И ты не уверена, что важнее.
– Точно. Вы действительно собираетесь в отставку?
– Разве я неясно выразился? Ты, похоже, не веришь?
Вид у него довольный.
– Может быть, это просто способ уйти от ответственности. Победить Астрид, свалить вину на нее, провести ребрендинг партии и начать заново.