— Я обязательно куплю тебе парочку книг, где всё описано. Не бойся.
Доротея улыбнулась, переводя взгляд на Винсенте и вспомнила о нижнем белье, которое недавно надела на себя. Она захотела показать его прямо сейчас и здесь.
— Можно я тебе кое-что покажу? — спросила Доротея, хитро улыбаясь и Винсенте одобрительно кивнул.
Она быстро сняла футболку, а следом так же и брюки. Доротея стояла неподвижно и Винсенте изучал каждый изгиб её тела. Его взгляд замер на груди и он хищно улыбнулся, ступая вперёд, прикасаясь к руке Доротеи. Её кожа моментально покрылась мурашками. Когда губы Винсенте накрыли её, девушка поняла, что ни капельки не жалеет, что послушалась его. Она слишком сильно любила Винсенте.
Они лежали на кровати в спальной комнате, куда переместились в порыве страсти и смотрели в потолок. Уставшие, довольные и в какой-то мере счастливые.
— Когда ты родился? — поинтересовалась внезапно девушка.
Винс усмехнулся, повернув голову к Доротее.
— В двадцать первом веке. Моя семья была излишне религиозной, поэтому я не особо люблю вспоминать о ней. Я был единственным ребёнком в семье и получал от матери-фанатика в полной мере. Меня тошнит от любой религии. Но моя семья в прошлом.
— У тебя нет братьев или сестёр?
— Нет. Должен был быть брат, но он умер сразу же после того, как появился на свет. Мать была подавлена, но быстро смирилась, говоря, что это всё — кара Божья и мы все слишком грешны.
Доротея хмыкнула.
— Жаль, что у тебя не было брата. Я в семье третий ребёнок, поэтому не представляю своей жизни без большой семьи. Не думал когда-то изменить что-то в своей судьбе?
Винсенте задумался, а после поднялся на локтях, сощурившись.
— А ты права, я ведь даже не думал об этом, — ответил он, реально в тот же миг задумавшись. — Я бы мог исправить многое. Например, сделать так, чтобы у меня был брат. Не тот, что умер, ведь там ничего не возможно по сути сделать, а кто-то совсем другой. Может, именно он бы и исправил нашу семью…
Доротея ласково улыбнулась, прикасаясь к колючей щетине на щеках мужчины. Его глаза загорелись нескрываемым детским азартом, было видно, что Винс что-то придумал прямо в ту же секунду. И это было чистой правдой, таким образом мужчина начал искать себе брата, в чём незаметно ему помогла его знакомая Злата Тарновкая, та молодая девушка, за которой Винсенте упорно следил в Древнем Египте и спал в образе величественного фараона Тутмоса. Эта наивная путешественница во времени, которая и освободила случайным образом все способности и отобрав принадлежащие ему, сама не ведая того, дала старт для жуткого плана Винсенте, который изменил судьбу не одного человека. Ох, зря Злата познакомилась с наивной девочкой Эдит в будущем, зря отправилась с ней в Древний Египет и встретила там симпатичного вора Нехо. Но это всё было на руку безумному Винсенте, который начал хранить в своей голове очередной безумный план. Осталось просто немного подождать и после построить мир по собственному усмотрению. По личным сокровенным желаниям.
Это был первый масштабный план Винсенте, в котором была задействована Доротея. Он почувствовал свою власть над людскими судьбами и временем. Подтвердил сам себе, что именно он является Богом, что здесь главный, а не кто-то из жалких «особенных». Они никто перед ним и его силой. Слабые, зацикленные на своих чувствах, люди, которых ждёт одна участь — смерть. И он устроит им её. Она будет красивой, запоминающейся и такой, что оставит приятный осадок в чёрной душе Винсенте Гвидиче.
Его жизнь состоит из этих болезненных моментов, она будто пропитана ими и от неё никак не избавиться. Винсенте был бы рад стать другим, но не может, не может подавить свою сущность, которую дали способности. Он не человек, он нечто другое. Властелин этих сил, происхождение которых останется загадкой для всех. Даже для Златы, хотя она их и выпустила в человеческий мир.
Винсенте часто думает о том, сколько же в мире путешественников во времени. Их безусловно много, но он не имеет представления, насколько. Пока знает лишь о двоих, за которыми следит слишком пристально, будто не хотя давать им свободы в собственных жизнях. У него есть мысль найти остальных, узнать их, увидеть судьбы и жизни, но пока даёт заднюю, боясь, что они все встанут на его пути. А войны на самом деле никто не хочет.
А будет ли идеальным тот мир, который кажется правильным для Винсенте?
Глава 4. «Обвиняемый в изменении истории»
63 год нашей эры.
Помпеи, Италия
Звуки бурных аплодисментов и выкрики разогретой до предела публики заставляли Макса чувствовать себе увереннее и придавали больше сил для следующего, может решительного, удара. Меч резко вознёсся вверх, застывая на секунду в воздухе и парень нанёс очередной сильный удар, от которого соперник успешно увернулся. Противник в этот раз оказался умелым, проворным и достаточно хитрым. Зато честным, не то, что остальные, которые раздражали Макса до дрожи в коленках.