— Просто соскучилась. Знаешь, я нашла одного парня, который тоже умеет перемещаться во времени.
Мири нахмурилась.
— Парня? Это, часом, не твой папа?
Джоан усмехнулась и отрицательно мотнула головой.
— Макс родом из Помпей, тех, которые разрушил вулкан. Он не может быть моим отцом.
Мириам пожала плечами.
— Что он за человек? Подходит тебе?
— Мири, я не ищу себе пару! — удивилась Джоан и женщина мило улыбнулась.
— Я же шучу.
— Ладно. Он вроде хороший, но странный. Я предложила ему одна авантюру, о которой тебе не хочу говорить. Пока. Потом ты всё узнаешь.
— Если это опасно, то лучше тебе не стоит...
— Я сама знаю, что стоит, а что — нет, — перебила её Джоан.
Она отвернулась от женщины, осматривая помещение, которое знала, как свои пять пальцев. Наверное, она единственная в бункере, кому ещё интересна литература, разве что Мириам такая же. Да и её мать иногда читала книги.
— Хорошо, я верю тебе, — сказала немного обеспокоено женщина.
Джоан встала с диванчика, проходя по библиотеке. Она сложила руки на груди и молчала, собираясь с мыслями.
— Мне нужно устройство, чтобы понимать все языки, — сказала наконец она.
— Ты же знаешь, что сейчас не осталось рабочих. Радиация всё уничтожила.
Джоан кивнула.
— Если бы здесь были рабочие устройства, это бы не было проблемой для меня. Я хочу их достать в прошлом, а у мамы в дневнике записано имя Эдит Доновской.
Мири прикусила пересохшую губу и тяжело вздохнула. Её глаза выражали только грусть.
— Я знала Эдит, ведь она жила в этом бункере. Она погибла, ты это знаешь. Но я сомневаюсь сейчас, что Эдит чем-то поможет тебе. Как ты себе представляешь это?
— Ещё не думала...
— А стоит, ведь если ты отправишься во время до войны, то Эдит не будет знакома ни со мной, ни с твоей матерью. Соответственно она не бросится помогать тебе при первой просьбе. Наверняка ты её до смерти напугаешь, — сказала Мири.
Джоан притупила взгляд, а после открыла рот, чтобы что-то сказать и сразу закрыла его, не придумав ничего подходящего. Она думала, что просто придёт, поговорит с Эдит и девушка поможет ей, но не задумывалась о том, что Ди и вправду может отказать. И это будет правильно.
— Что ты предлагаешь? — спросила Джоан у Мири.
— Предлагаю взять старые деньги из моей заначки. Они уже никому не нужны, а вот в прошлом пригодятся. Ты купишь на них законно устройство и решишь эту проблему.
Джоан усмехнулась.
— Я и не думала всё решать так.
— Всё иногда намного легче, чем кажется, Джоан. Ты просто любишь всё усложнять. Этим пошла в отца, хотя я его плохо знала.
— Спасибо тебе за помощь.
— Ты же знаешь, что я тебя никогда не брошу и всегда на твоей стороне? — спросила женщина и Джоан кивнула.
Поднявшись с дивана, Мириам приобняла девушку, а после повела за собой, чтобы отдать деньги. Они последовали в личную комнату Мири, где та достала объёмную деревянную коробку из-под кровати и открыла её. Взору Джоан открылись аккуратно сложенные купюры, которые когда-то служили деньгами в Польше ХХІІ века.
— Их мне отдавали мои знакомые, которые не хотели хранить мусор в своих комнатах. А я очень люблю всё старое. Я будто чувствовала, что они пригодятся. Бери столько, сколько нужно, — сказала женщина и сразу достала небольшой рюкзак, кладя его на кровать.
Джоан улыбалась, когда засовывала деньги в рюкзак и постоянно благодарила Мириам за доброту. Это было отличной помощью в данной ситуации и облегчением в общении с Максом. Она не верила, что в мире есть человек, который искренне готов ей помочь. Джоан считала всегда себя брошенной, сначала отцом, к после и матерью. Хотя последнюю винить нельзя.
Джоан посмотрела на Мириам и нежно улыбнулась, надевая на плечи рюкзак. Женщина гордилась Джоан, гордилась тем, кем она стала. Ей казалось, что Джоан никогда не выйдет из того водоворота отчаяния, в который её затянула пропажа матери, но она смогла. Оказалась намного сильнее, чем казалась с первого взгляда.
— Не бойся ничего, моя дорогая. Полноценная жизнь хоть и пугает до чёртиков таких, как мы, но она намного лучше той, которую дали нам эти стены. Шагай лишь вперёд и дойди до своей цели, какой бы она ни была, — сказала поучительным голосом Мири и крепко обняла Джоан на прощание.
Она увидела, как та растворилась в воздухе и наконец пустила одинокую слезу по щеке. Прощаться всегда сложно, особенно осознавая, что может случиться что угодно и это будет последней их встречей.
Джоан не вернулась к Максу. Она не хотела возвращаться с пустыми руками, когда в рюкзаке лежат купюры, которые греют душу. Ей осталось лишь отправиться немного в прошлое и купить эти злосчастные устройства.