Его взгляд упал на блокнот Аниелы, который они купили вместе, когда девушке только исполнилось шестнадцать. Она постоянно что-то записывала в него, вклеивала вырезки и даже рисовала. Винсенте взял его в руки и открыл на середине, видя аккуратный почерк той, которой он клялся в любви. Он провёл пальцем по листку и прикрыл глаза, вспоминая их совместное прошлое, их совместную жизнь. Иногда ему не хватало её улыбки.
Винсенте перелистнул листки и уткнулся взглядом на своё же имя. Джоан никогда его не замечала, думала, что это кто-то из «особенных», но никак не её отец. Она никогда не читала текст внизу, ведь он был на норвежском, а это второй родной язык её матери. Винсенте вчитался в текст и ощутил, как заныло где-то на уровне сердца, хотя он знал, что это чувство легко подавить.
«Винсенте, я знаю, что ты прочитаешь этот текст, хотя отдала блокнот Джоан. Я надеюсь, что вы будете общаться, что познакомитесь и узнаете о друг друге побольше. Ты не такой монстр, которым любишь себя показывать, я видела тебя другим и не отрицай этого. Я ни секунды не жалею, что связала свою жизнь с тобой, родила от тебя Джоан, она прелестная дочь. Я скучаю по тебе, Винс. По нашим ужинам, путешествиям и разговорам по душам. Пожалуйста, дай нашей дочери лучшее будущее, покажи ей мир. Ради меня. Не будь тем ужасным человеком, тебе самому не нравится эта роль, это видно. Перестань убивать других, это не сделает тебя счастливым. Я люблю тебя, Винсенте Гвидиче и верю, что ты хороший человек».
Винсенте чувствовал себя ужасно, он захлопнул блокнот и бросил обратно на стол. Он уже забыл об Аниеле, вычеркнул её из головы, хотя волен был бы этого не делать. А тут она напомнила о себе, да ещё и приплела к этому Джоан. Винсенте не хочет к ней подбираться, он боится увидеть в её глазах осуждение и презрение. А Винсу лучше не знать, что его собственная дочь так думает. Лучше держать её от себя подальше. Хотя мужчина догадывается, что это невозможно, ведь вскоре они встретятся, только это будет для него прошлым. Тогда он не поймёт, что это его дочь.
Винсенте засунул руки в карман джинсов и выудил оттуда бумажку. Он снова открыл блокнот и положил её туда для Джоан. Она обязательно заметит эту записку, только вопрос в другом — когда? Но это было самой меньшей проблемой сейчас. Винсенте пора уходить.
Он забрал свою одежду, бросил снова взгляд на Джоан, желая забрать её боль и излечить от травм. Винсенте мог, но знал, что это будет шоком для девушки. Ей нужно хоть немного нормально пожить. Так хотела Ани. Так хочет даже Винсенте. Он поставил на столик напротив дивана маленькую жёлтую баночку и бумажку, а после исчез, будто бы его вовсе тут не было.
* * *
Джоан открыла глаза, когда уже за окном было темно. Она протёрла глаза и села, морщась от боли. Девушка увидела баночку с обезболивающими таблетками на столе и записку, написанную, как она подумала, Максом. Она улыбнулась, читая текст:
«Выпей, чтобы чувствовать себя лучше. Я скоро вернусь».
Джоан взяла баночку и достала одну пилюлю, запила её водой из стакана, который стоял по соседству и облегчённо выдохнула. В комнате стояла полумрак и Джоан ощутила пустоту, которая была вокруг неё. Сначала она думала, что всегда будет одна, что её путешествия пройдут в полном одиночестве, но на деле всё оказалось иначе. Ведь никогда нельзя знать, что будет с тобой завтра, что подкинет тебе судьба.
Джоан посмотрела на часы, которые были на её руке и увидела, что сейчас уже десять часов вечера. А значит, что она проснулась слишком рано и явно будет бодрствовать целую ночь. Рука уже не так болела из-за таблеток и девушка была искренне благодарна за помощь Максу. Она обязательно сделает что-то хорошее для него, к примеру, что-то подарит.
Она встала с дивана, поправляя одежду и осознала, что хочет сейчас же надеть домашнюю. Джоан последовала в спальню и, включив свет, открыла деревянный шкаф. Выудив из него лосины и широкую кофту, девушка быстро переоделась и бросила мимолётный взгляд на фотографию матери и себя. Она была там ещё слишком маленькой, ей исполнилось четыре года и этот снимок сделала Мириам прямо на праздновании дня рождения Джоан. Тогда был весёлый праздник, что было видно по счастливым лицам Аниелы и Джоан.
Девушка так сильно захотела увидеть мать, что к горлу подкатил ком и она чуть не расплакалась. Ей хотелось кричать от боли потери родного человека, рвать на себе волосы и одежду, горько плакать и молить, чтобы эти воспоминания исчезли. Без них ей будет куда проще, куда спокойнее. Но они въелись глубоко в её подсознание.