Она опустила свою голову вниз и по её щеке скатилась одинокая слеза, обжигая кожу мужчины.
Они познакомились три месяца назад в театре, где Доротея была со своим мужем. Она привлекла внимание вечно сконцентрированного на непонятно чём Винсенте и вскружила ему моментом голову, заставив остановиться в эпохе Золотого века Испании подольше. Мужчина навсегда запомнил, как девушка выглядела в тот день: безумно сложная причёска, на которую был потрачен не один час драгоценной жизни, платье с пышной юбкой и корсетом, который явно мешал нормально дышать молодой сеньоре. Он удивился тогда, что столь юная девушка уже решила связать себя узами брака, но увидев её статного жениха — сразу понял причину. Амадо Перес был привлекательным кабальеро (1), поэтому Доротея и вышла за него замуж. Хотя Винсенте считал, что девушка себя явно недооценила и могла легко найти себе даже гранда (2).
— Ещё час, хорошо? А после ты можешь сразу же вернуться домой, — прошептал Винсенте, прижимая девушку к себе.
— Ладно, только портрет закончим позже. У меня совсем не осталось сил лежать неподвижно на этом диване.
— Я не против, ты же знаешь, что твоё слово для меня — закон.
Она улыбнулась так, что по спине Винсенте невольно пробежал холодок. Он взял за тонкие плечи Доротею и нежно поцеловал её в губы. Знала бы девушка, кем Винсенте является на самом деле, то не целовала его так сладко. Она бы боялась мужчину.
Путешественник во времени. У него нет дома, своего времени, семьи и друзей. Винсенте молчит о своём прошлом и совершенно не заботится о будущем. Его дом — время и это единственное место, где он чувствует себя по-настоящему комфортно. Разве что, рядом с Доротеей ему так же спокойно. Только вот она никогда не поймёт его, а если узнает правду — быстро убежит прочь.
Винсенте молча поднял её на руки, унося в просторную спальню. Там уложил на огромную мягкую кровать с высоким красным балдахином. Доротея блаженно прикрыла глаза, она всегда в эти моменты предпочитает не видеть всего, что происходит, а просто чувствовать его прикосновения каждой клеточкой своего тела. Винсенте провёл рукой по её нежному белому лицу, спускаясь к глубокому вырезу платья на груди и Доротея шумно выдохнула, закинув худые руки вверх. Мужчина ловко потянул за завязки платья, стягивая его с худого тела и отправляя на пол. Доротея приподнялась, чтобы Винсенте было легко рассшнуровать ненавистный корсет. Это было слишком интимно, чересчур близко, крайне чувственно. Не так, как с мужем, который начинал всё без особых прелюдий, сладких слов и нежных касаний. Нет, Амадо был груб, замкнут в себе и совершенно не обращал внимание на просьбы жены.
Доротея погрузилась в мир наслаждения от касаний и обжигающего дыхания Винсенте. Она любила его, она жила днями их встреч, когда мужчина возвращался.
— Mi amor, mi locura... (с исп. «Моя любовь, моё безумие...») — сказал нежно Винсенте, прерывая сладкие поцелуи, заставляющие Доротею заметно напрягаться.
Она ничего не сказала, лишь довольно улыбнулась, готовая слушать это вечно. Только вот девушка не знала, что Винсенте не придёт к ней в ближайшие несколько месяцев, бесследно пропав, будто бы его вовсе не было рядом. Да и не знала, что он просто профессионально играет с ней, как кукловод, а она его очередная марионетка.
* * *
Винсенте всё же вернулся в Испанию лишь спустя шесть долгих месяцев. Он знал, что может прийти к Доротее намного раньше, ведь время для него вещь абстрактная, но почему-то выбрал именно этот момент чтобы девушка как можно сильнее соскучилась по нему.
Он был слишком далеко, а если быть полностью точным — в Древнем Египте, когда этой жаркой страной на берегу Нила правил фараон Тутмос III. Ему уже было непривычно становиться обратно жителем Испании Винсенте Гвидиче, хотя он и был в этом образе дольше остальных, даже считал его самым лучшим.
Мужчина знал, где живёт его возлюбленная, он оказался возле её огромного двухэтажного дома, построенного в готическом стиле с множеством колонн, которые буквально показывали, как люди возродили свой интерес к античной архитектуре. Крыша была выкрашена в светло коричневый цвет, стены белые, а окна были арочной формы. Винсенте мог любоваться этим заданием вечно, потому что как никто другой любил архитектуру разных времён, особенно эпохи Возрождения.
Он не постучал в дверь, как это сделал бы обычный человек, потому что знал, что муж Доротеи может находиться где-то внутри. Винсенте просто молча телепортировался в её комнату, находящуюся на втором этаже. Она стояла напротив окна, что выходило на задний дворник с множеством кустарников и ярких цветов, от разнообразия которых голова шла кругом. Доротея не услышала Винсенте и он стоял неподвижно пару секунд, рассматривая очертания её стройной фигуры. В ней ничего не изменилось. Она была одета в платье, которое туго перевязало её талию, волосы собраны в неряшливый пучок и некоторые локоны предательски выпали. В комнате больше никого не было.