— Как ты можешь так спокойно на это реагировать? — голос у меня дрожит. — Мы должны были подняться на вершину вместе, мы строили эти планы с детства.
Лили берет меня за руку и крепко сжимает ее между своими ладонями.
— И поднимемся. Мы только в начале пути, детка. Мы еще будем работать вместе, я это чувствую. И потом, так мне не придется сомневаться в каждом повышении или бояться оказаться изгоем среди коллег, которые боятся рассердить лучшую подругу внучки босса. Я поработаю в другом месте, наберусь опыта и через несколько лет приду в Harrison Developments. Это не та дорога, которую мы себе представляли, но она все равно приведет нас туда, куда нужно. Ладно?
Я стискиваю зубы, подавляя желание спорить, понимая, что это бессмысленно. Видно, что она уже смирилась с отказом, и если Лили что-то решила, переубедить ее невозможно.
— Куда ты подавала резюме? Тебе хоть кто-нибудь уже ответил? — спрашиваю я, стараясь не выдать раздражение в голосе.
Лили опускает взгляд.
— Практически во все крупные компании. Но пока ни одного предложения.
Я хмурюсь и пристально смотрю на нее.
— Ты что-то скрываешь от меня.
Она тяжело вздыхает, в глазах мелькает тень вины.
— Ладно, — говорит она, теряя самообладание. — Меня везде отшили. Во всех компаниях требуют опыт работы даже на стартовые позиции, а это просто нелепо. Мы же не проходили стажировки, пока жили в Лондоне… И, наверное, зря.
Я молча смотрю на нее, осознавая, насколько мы обе просчитались. Мы были уверены, что устроимся в Harrison Developments, и потому полностью сосредоточились на оценках, не думая о стажировках.
Мозг лихорадочно перебирает варианты.
— А ты… ты подавалась в Windsor Hotels?
Выражение абсолютного отвращения, которое она мне бросает, говорит за нее лучше любых слов.
— Я никогда туда не пойду, — выпаливает она. — Этот хренов мешок с дерьмом издевался над тобой годами. Ни за что не стану одной из пчелок, которые вкалывают на его семейный бизнес и набивают ему карманы еще сильнее.
Я изо всех сил стараюсь сохранить серьезное выражение лица, но ничего не выходит — из меня вырывается смех.
— Мешок с дерьмом? Ты вроде как только что говорила, что я должна использовать все, что знаю о Зейне, себе во благо, что наши умы так синхронизированы, что мы могли бы решить проблему мирового голода, если бы работали вместе?
Она виновато смотрит на меня и проводит рукой по своим длинным светлым волосам.
— Ну… да, пофиг.
Я качаю головой, подавляя усмешку, и делаю серьезное лицо.
— Я серьезно, Лил. Не хочу этого признавать, но они лучшие. Их обучающая программа жесткая, но при этом туда не требуется опыт работы. И мы всегда хотели понять, что именно дает Windsor Hotels то преимущество, которого не хватает Harrison Developments. Это шанс выяснить. Все, что ты узнаешь, ты принесешь с собой, когда через пару лет присоединишься ко мне.
Она выглядит неубежденной, но, к счастью, уже не выражает такого отвращения, как раньше.
— Просто подай заявку, — тихо говорю я. — Компания настолько огромная, что ты, возможно, никогда с ним не пересечешься. А главное, когда еще у нас будет шанс изучить Windsor Hotels изнутри?
Лили прищуривается, но ее ухмылка становится такой же коварной, как у меня.
— Селеста Харрисон, ты намекаешь, что хочешь сделать из меня своего шпиона?
Я пожимаю плечами.
— Я всего лишь предлагаю следовать твоему же совету. Это неприятная ситуация, но мы можем превратить ее в возможность.
Она выдыхает и качает головой.
— Меня уже отшили восемь компаний за последние несколько недель. Windsor Hotels тоже откажет, даже если я подам заявку.
— Не откажет.
Если для этого придется заключить сделку с дьяволом — что ж, значит, так тому и быть.
Глава 5
Селеста
Мое тело напряжено от нервов, когда я захожу на встречу по приобретению, к которой готовилась неделями, и вижу, что Зейн ведет себя дружелюбно с Джонатаном Кавалье, нынешним владельцем гостиницы, которую мы оба пытаемся приобрести.
Оба мужчины поднимают головы, и мягкая улыбка, которую Зейн мне бросает, только сильнее подтачивает мою уверенность. Я вижу это в их позах — я проиграла, еще даже не начав свою презентацию. Только потому, что он Виндзор.
Глубоко укоренившаяся обида разворачивается в моем животе, несмотря на все мои попытки сдержать ее. Почему именно эта сделка его заинтересовала? Bellevue недостаточно большой, чтобы быть в его поле зрения, и, конечно, у него есть проекты с более высокой рентабельностью инвестиций?
— Селеста, — произносит Зейн, вставая.
Он обходит стол и отодвигает для меня стул. Я поднимаю бровь, и его ухмылка становится дерзкой, вызывающей. Это настоящий Зейн — тот, которого я знаю. Развернувшись спиной к Джонатану, он дает мне это понять без слов. Его взгляд медленно скользит по моему телу, но я лишь прищуриваюсь, отказываясь подыгрывать. Вместо этого изображаю вежливую улыбку и протягиваю руку Кавалье, который все еще сосредоточен исключительно на Зейне. Как я могу соперничать с таким откровенным восхищением?
— Мисс Харрисон, — дружелюбно приветствует он. — Мистер Виндзор рассказывал мне о вас только хорошее. Судя по всему, мой отель окажется в надежных руках, вне зависимости от моего выбора.
— Именно так, — соглашаюсь я, и это чистая правда.
Мне может не нравиться Зейн, но он выдающийся, а главное — честный бизнесмен. В отличие от многих крупных фирм, он никогда не покупал отель, чтобы разрушить его историю и заменить чем-то ультрасовременным. Вот почему конкурировать с ним сейчас труднее, чем когда-либо. Как человека я его ненавижу. Как отельера — уважаю.
— Давайте начнем с мистера Виндзора, — объявляет Джонатан, усаживаясь обратно, и я едва сдерживаю удивление.
Похоже, он уже отмел все остальные предложения, оставив нас двоих. Экстравагантный человек, как я и слышала. Вместо традиционных индивидуальных встреч он настоял на одном общем заседании для финалистов. Нестандартный подход, но я понимаю его логику. Такое обсуждение выгодно прежде всего его видению.
Зейн выходит к проектору, и его выражение лица становится тем самым, каким я его помню каждый раз перед экзаменом в школе. Тогда я бы себе не призналась, но когда он выглядел так… у меня всегда замирало сердце. И оно до сих пор замирает.
Есть что-то в этом моменте — в том, как от развязного острослова не остается и следа, и передо мной оказывается настоящий он.
— История этого отеля — его самая ценная составляющая, и я защищу ее любой ценой, — начинает Зейн, и я невольно наклоняюсь вперед, любопытствуя, как он собирается это сделать.
Он переключает слайд — на экране появляется отреставрированная версия отеля, вернувшая его к былому викторианскому великолепию. Точно так же, как представляла его я. Мое сердце уходит в пятки. Мы пришли к одной и той же концепции. Только у него есть бюджет, чтобы ее реализовать.