Он держит мой подбородок между указательным и большим пальцами.
— Почему ты? Почему это не мог быть никто, кроме тебя? — громкая музыка не может скрыть боль в его голосе.
— Для работы? Я была свободна. Я ничего не имею против тебя, por el amor de Dios. (прим. пер. во имя любви Господа).
— Я не об этом спрашиваю. — Прошипел он.
— Estás tan borracho (прим. пер. Ты такой пьяный), это даже не смешно. Нам нужно отвезти тебя домой.
У Джакса есть другая идея, и он притягивает меня к себе. Одна из его рук обхватывает мое тело, а его губы находят мои. Его поцелуй совсем не нежный. Он требует, одним махом лишая меня дыхания и рассудка. Вкус виски наполняет мой рот, а его язык доминирует над моим, проверяя мое сопротивление.
Мои пальцы вцепились в его рубашку, отчаянно нуждаясь в чем-то, что могло бы стабилизировать меня. Чтобы привязать меня к земле, пока мой разум не улетучился.
И, черт возьми, я поддаюсь искушению позволить всем заботам о нем улетучиться, когда его язык гладит мою нижнюю губу.
О. Боже. Боже. Что он делает? И, что более важно, почему я не отталкиваю его? Его поцелуй нагревает мое тело. Это чувство, которого я никогда не испытывала раньше, которое вызывает привыкание, несмотря на неправильность ситуации.
Он пьян.
Мне нужно работать.
У него слишком частые перепады настроения, чтобы считаться нормальным.
Список можно продолжать и продолжать.
— Джакс. — Я отрываю свои губы от его губ, разжимаю пальцы на его рубашке и прижимаю руки к его груди, намереваясь оттолкнуть его. Но я застываю на месте, не двигаясь, потому что его прикосновение электрическое. Токсичное. Вызывает привыкание.
Это все, чего я должна избегать, и в то же время все, чего я желаю.
Его рот перемещается на мою шею, его язык выныривает, чтобы провести по коже. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, когда он посасывает чувствительную кожу.
Я прислоняюсь к нему, нуждаясь в поддержке, как эмоциональной, так и физической.
— Нам нужно прекратить это, пока мы не сделали то, о чем потом пожалеем. — Я говорю так же бездыханно, как и чувствую.
Его язык бездумно проводит по моей шее.
— Я каждый день живу с сожалениями. Еще одно? — его грустный голос бьет мне прямо в грудь.
Он покусывает чувствительную плоть, вызывая у меня слабый стон. Надеюсь, он не услышит его за музыкой.
Я толкаюсь в его грудь, наконец-то отстраняясь.
— И чья это вина?
— Моя. Всегда была. И всегда будет. — Он вздыхает, глядя на мои губы затуманенными глазами.
Мое сердце бьется в унисон со стуком колонок — быстро, неровно и достаточно громко, чтобы быть услышанным в моих ушах. Без особого протеста со стороны Джакса я веду его обратно к VIP-столу.
Внимание Лиама и Софи переключается на нас. Софи пытается скрыть улыбку, а Лиам качает головой, потирая висок.
Дерьмо. Я лучше вернусь в толпу и спрячусь до конца вечера, чем столкнусь с этими двумя.
— Ну, ты взяла его под контроль менее чем за пятнадцать минут. Я впечатлен. Обычно мне приходится вытаскивать его из толпы. — Лиам встает и обнимает своего друга, позволяя ему прислониться к нему. По крайней мере, у него достаточно сочувствия, чтобы спасти меня от смущения.
Я благодарна слабому освещению, скрывающему, что мое лицо напоминает цвет стоп-сигнала.
— Твой секрет в безопасности со мной. — Софи сжимает пальцы и делает невидимый символ молнии на своих губах, прежде чем бросить фальшивый ключ за плечо.
Я издаю нервный смешок, когда Лиам смотрит на меня с прищуренными бровями. Он ничего не говорит, предпочитая сосредоточить свое внимание на Джаксе. Оба они остаются нормальными, пока мы проходим через клуб. Мы выходим через черный вход, чтобы избежать папарацци. Водитель арендованной машины приветствует нас, открывая для нас заднюю дверь. Лиам заталкивает Джакса на заднее сиденье.
Софи смотрит на Лиама.
— Ты должен поговорить с ним. Дело теперь не только в нем, потому что работа Елены тоже зависит от него. — Она хмурится на Джакса, перебираясь на центральное сиденье рядом с ним, вынуждая меня сесть по другую сторону от нее. Наверное, так будет лучше, учитывая, что Джакс уже случайно задел меня.
Точно. Потому что его губы упали на мои. Кого я обманываю?
Это фантастика. Действительно, моя уверенность в своей работе достигла апогея.
Нет.
Я закрываю дверь машины.
— Все в порядке, пожалуйста, не разговаривай с ним. Я разберусь с этим и поговорю с ним, чтобы этого больше не повторилось.