Его руки обхватили мои, прижимая меня ближе к своему телу и упираясь подбородком в мою голову.
— Я бы хотел, чтобы она не болела.
— Я тоже.
— Я бы хотел, чтобы у нее не было этих перепадов настроения. Не потому, что это беспокоит меня, а скорее потому, что это разбивает ей сердце. После этого она ненавидит себя за то, что говорит. Я знаю, что это не она, но все равно иногда принимаю ее слова близко к сердцу.
— Никто не осудит тебя за то, что ты так думаешь. Это часто случается? — я пытаюсь вырваться из объятий Джакса, но его руки крепко обхватывают меня.
— Достаточно часто, недавно ей поменяли лекарство. Это единственная часть ее болезни, которую она не может скрыть улыбкой. Когда она в таком состоянии, это битва с самой собой.
— Что ты чувствуешь по этому поводу?
— Мне хочется пожертвовать все евро, которые я заработал, на поиск лекарства.
— Как ты думаешь, врачи его найдут?
— Наверное, не при жизни моей матери.
Я надеюсь, что если у Джакса будет такая же болезнь, то лекарство будет найдено до того, как появятся симптомы. Я мысленно бью себя за то, что вообще подумала об этом.
Джакс выпускает меня из объятий, давая мне возможность сделать несколько глотков свежего воздуха.
Мои руки сами собой притягиваются к его щекам и заставляют его посмотреть на меня.
— Ты всегда можешь поговорить со мной. Я здесь, чтобы помочь тебе.
— А что будет, если тебе придется уехать в конце сезона?
— А что будет, если я захочу остаться?
Глава 26
Джакс
— Tак это Калеб? Он выглядит так…
Елена поднимает бровь, дразня меня закончить предложение.
— Невинно, — выдавливаю я из себя. Во время моего обмена мнениями с Калебом, он никогда не звучал невинно. Но при одном взгляде на него мои предвзятые мнения разлетаются в пух и прах.
У меня просто сносит крышу от того, что худой парень в галстуке-бабочке, пастельных шортах и туфлях-лодочках якобы является одним из моих самых больших поклонников. Лысая голова Калеба блестит, когда он прощается с таксистом.
— Не суди о книге по ее обложке, — говорит Елена.
— С такими порнографическими книгами, которые ты читаешь, я определенно сужу.
— Они называются романтическими. — Она откидывает голову назад и смеется.
Как бы я хотел поцеловать изгиб ее обнаженной шеи. С тех пор как я ласкал ее вчера в моей комнате, я не могу выбросить ее из головы. Целовать Елену чертовски эротично. Это то, что я хочу повторить снова, при других обстоятельствах, желательно почти без одежды.
Одного вкуса было недостаточно. Я хочу, чтобы она принадлежала только мне, выкрикивала мое имя, когда я вхожу в нее, усиливая потребность обладать ею во всех отношениях.
Я отбрасываю свою похоть в сторону, когда Калеб поднимается по ступенькам в мой дом.
— Добро пожаловать, Калеб. Мои родители не могут дождаться встречи с тобой.
— Чертова мегера. Этот дом потрясающий! И ты! Блядь, Джакс Кингстон. — Калеб сдвигает переносицу своих очков в роговой оправе на нос.
— Он выглядит невинным, а потом роняет слово «блядь». Мальчики, — шепчет Елена себе под нос.
— Вот это мой фанат. — Я подмигиваю ей, прежде чем взять у Калеба его сумку для выходных.
Мы заходим в дом, и я представляю нашего нового гостя своим родителям.
— В жопу. Они никогда не говорили мне, что я тоже встречусь с Королем Коброй! — голос Калеба отскакивает от стен нашего подъезда.
Мой отец смеется, протягивая Калебу руку для пожатия.
— Не могу сказать, что давно не слышал этого прозвища.
— Пожалуйста. Ты один из самых лучших боксеров на свете. Я смотрел несколько твоих старых боев, которые есть у моего есть на VHS.
— Ну, парень, ты состарил меня лет на двадцать от одного этого предложения. — Мой отец дает маме немного пространства, чтобы поприветствовать моего маленького поклонника.
— Мы рады видеть тебя в нашем доме. Когда Елена рассказала нам о том, что ты хочешь проводить время с Джаксом, мы просто обязаны были пригласить тебя. — Все что угодно для самого большого поклонника Джакса.
— Лучший кровавый выбор за всю историю. — Калеб похвалил Елену.
То, как она сморщила нос, заставило меня рассмеяться.
— Подожди до завтра. Елена запланировала для вас несколько классных мероприятий.