Его комплимент согревает меня так, как мало какие слова.
— Прости. Обычно я контролирую себя. Всегда.
Тень улыбки пересекает его губы.
— Это хорошая перемена темпа для меня — быть спокойным хоть раз. Я тот, кто имеет тенденцию быть немного беспорядочным.
Я смеюсь.
— Это один из способов посмотреть на это. Я думала, что все будет хорошо после того, как мы вышли из дома.
Его рука задерживается, касаясь моей щеки.
— Если ты хочешь выбраться отсюда, скажи. Мы можем завалиться в паб и пить до тех пор, пока не сможем ходить ровно.
У меня перехватывает дыхание от его идеи. Я не могу поверить, что Джакс готов бросить мероприятие, которое явно важно для него, ради меня.
Я поднимаю подбородок, скрывая свое расстройство.
— Нет. Мы сделаем это.
— В этом весь дух, скрывает
Почему-то от одного этого слова у меня внутри становится тепло и муторно. Джакс выходит из лимузина и протягивает мне руку. Я выхожу на шатающихся ногах, молясь, чтобы не споткнуться на своих высоких каблуках.
Вспыхивают камеры, и я борюсь с желанием прикрыть глаза.
— Дыши глубже, — шепчет Джакс мне на ухо.
— Часть моего интровертного «я» умирает. Я чувствую это.
Джакс смеется, привлекая к себе еще больше внимания. Я цепляюсь за рукав смокинга Джакса, словно он — последняя спасательная шлюпка на «Титанике».
Джакс идет по ковру с развязностью, которую я привыкла от него видеть. Он хватается за мою руку, бросая мне улыбку через плечо. Мое сердце грозит разорваться от его взгляда, выражающего безудержное счастье.
Репортер подзывает Джакса. Он останавливается, притягивая меня к себе.
Блондинка говорит в свой микрофон.
— Джакс. Жаль, что твой отец не смог прийти сегодня.
Его улыбка сползает, но он восстанавливается.
— Он передает свои сожаления. Но он гордится тем, как сильно выросла организация с тех пор, как он впервые сделал пожертвование десять лет назад.
Она кивает с энтузиазмом.
— Совершенно точно. И должна сказать, не так уж часто мы видим вас с женщиной. Кто ваша спутница на сегодняшний вечер?
Глаза Джакса не отрываются от меня все время, пока он обращается к репортеру.
— Мне повезло, что сегодня вечером меня сопровождает Елена Гонсалес.
Брови репортера сходятся вместе.
— Гонсалес? Те самые, которые доминируют на латиноамериканском аптечном рынке?
Я прикрываю улыбку свободной рукой. Глаза Джакса загораются от моей реакции. Он поворачивается к репортеру, уделяя ей все свое внимание.
— Нет. Елена Гонсалес — фантастический представитель по связям с общественностью, которая держит меня и других спортсменов Формулы-1 в узде. Мне повезло, что она работает со мной в этом году. — Он ослепительно улыбается в камеру и сжимает мою руку.
Я обожаю эту улыбку. Она мне так чертовски нравится, что я несколько секунд не могу осмыслить его слова. Все внутри меня грозит взорваться от счастья от его похвалы.
Репортер моргает, явно обезоруженная загадкой, которой является Джакс Кингстон.
И ты, и я, сестра.
Репортер поворачивается ко мне.
— Приятно познакомиться с вами, мисс Гонсалес. У вас, должно быть, есть какие-то особые способности, если вы смогли контролировать этого человека. Представляю, какой он трудный. — Ее голос намекает на ее восхищение. — А что на вас сегодня? Я хочу угадать новую летнюю коллекцию Валентино, но мне бы не хотелось ошибиться.
— А… распродажа в Зара? — я пожимаю плечами, тут же жалея о своем заявлении. Мои щеки теплеют, и я подумываю отказаться от своего заявления, но и репортер, и Джакс смеются, облегчая мое расстройство.
Джакс наклоняется ко мне. Его губы целуют мой висок, а затем касаются уха.
— Ты мне так чертовски нравишься, ты даже не представляешь.
Я теряю себя в его словах, прогоняя ощущение синдрома самозванца. Джакс умеет заставить меня почувствовать, что мое место рядом с ним. Ни один репортер или вопрос не сможет отнять это у меня.
Я поднимаю подбородок и смотрю прямо в глаза репортеру, позволяя своей уверенности расти. Пусть у меня нет ни Валентино, ни трастового фонда, но я все равно принадлежу ему. Я вкалывал из года в год, помогая элите, и пришло время немного развлечься.
Пешка не становится королевой благодаря удаче. Для этого нужны упорство, труд и уверенность.
И я чертовски готова проложить себе путь через всю доску.