— А что вы будете делать, если я попытаюсь убежать? — Мне правда интересно.
— Не убежишь, лес не пустит. — Трава ноги оплетет или что-то подобное, иного я не ожидал.
— А если откажусь идти и окажу сопротивление, — ненароком поглаживаю рукояти мечей, — расстреляете пленника из луков?
— Нам вполне хватит этого.
Плащ соскальзывает с правой руки. Запястье первого луча оплетает необычная лиана, боевой браслет, наверняка по самую завязку напичканный различной магией. Вот оно как, но может, старшие эльфы и правы. Острая сталь имеет свою магию, внушая владельцу ложное чувство силы и самоуверенности, что может привести к нежелательным последствиям. Людям бы такую разумность, вздыхаю. Но этого объяснения мне мало.
— А если бы я оказался магом, — подмигиваю, отпуская «хашти» и всем видом показывая миролюбие.
— То мы бы вызвали подкрепление, определять, кто маг, мы умеем. — Ему лет восемьдесят, а такой наивный! Хотя, наверно, им и положено было вызывать группу захвата после обнаружения чужака. Но хочется же побыть героем, отличиться даже такой мелочью. На южном берегу Новой Амазонки скучно и ничего не происходит, а тут хоть какое-то приключение.
Всегда считал, что эльфийская сельва просто кишит различными животными. Но ничего крупного на глаза не попадалось, пара игольчатых да несколько зайцев. Наш путь перегородила живая изгородь высотой в полтора человеческих роста. Интересно, что это за кустарник, я с интересом разглядывал огромные колючки крючкообразной формы. Зацепишься за такую, и тебе помогут только ножницы. Протягиваю руку, прочные ли?
— Не трогай, они ядовиты, — одергивают меня.
А что я ожидал? Это явно защитное сооружение, по своей эффективности значительно превосходящее частокол. Тот можно разбить тараном, а тут ветви просто пропустят удар в себя, запутав живых. Да и лестницу на такое не поставишь. Поджечь? Что-то мне подсказывало, не горит это растение, хоть нефтью облей. Ушастые умеют выращивать то, что им надо, с заданными свойствами.
Вход в лагерь не закрыт никакими воротами, впрочем, тех нет вообще; наверно, в случае опасности проход закрывается на каких-то иных принципах. Стражи нет, на меня бросают любопытные взгляды, но никакого ажиотажа не наблюдается. О моем пленении тут уже как-то извещены.
А поселение не маленькое, не менее полуроты зеленых, и это только те, кого я вижу прямо сейчас. Эльфийские города выглядят величественно и по-иному, тут же царила военная простота. Никаких домов и прочих строений, только пышнокронные деревья заменяют навесы, а мягкий мох под ними — постель. Есть даже подобие плаца в центре. И тут они верны себе, топтать «драгоценную» флору не собирались, центральная площадка была цельной каменной плитой. Возможно, и лагерь специально оборудовали здесь из-за этой вышедшей на поверхность скальной породы.
А вот и делегация встречающих. По характерным морщинкам вокруг глаз легко определить Старшего. Нет, это не признак старости, это признак живого ума и умения улыбаться глазами. За его спиной в полушаге замерли два адъютанта, представляющих разные поколения. Один явно ровесник Ларгина, светловолосый, атлетично сложенный, с парными клинками красной стали. Внешность имеет нехарактерную; будь он человеком, заслужил бы прозвище Иван-дурак, но вот жесткий взгляд намекает: первое впечатление не верно. Второй намного старше, наверняка именно он гоняет молодняк, а Старший ограничивается общим командованием.
— Эх Даг Ор, к вашим услугам, Старший, — низко кланяюсь. По этикету эльфов гость представляется первым.
— Мой помощник Оби Расмус Гор. — Странный этикет — сперва представлять младших. — Старшина Туронт Лио Фьер, — короткий кивок представленного боевого офицера, — и я старший по этому детскому саду, полковник Еарн Ист Уал.
— Безмерно польщен. — Я не лукавлю.
Если об Оби я ничего не знал, то о полковнике и его старшине наслышан. Одну из боевых операций под руководством Еарна до сих пор разбирают в учебных классах офицерской школы Рааста. Как наглядный пример использования пересеченной местности и легкого вооружения против тяжелой пехоты с массированной магической поддержкой.
— Я читал трактат контргенерала Вильнуса о бое при реке Мио. — Показываю, что мои слова не пустой звук, и я и правда наслышан о нем.
— Пустое. — Взмах рукой, отгоняющий несущественное, но глаза выдают Старшего, ему приятно. — Желаете отдохнуть с дороги, прежде чем мы продолжим беседу? — А куда ему торопиться?