«Чего⁈ — возмутился Гриня. — Ты что творишь, пёс? Отказ, отказ, отказ»
— Отпустить, — приказал Кренов.
Надзиратели ослабили хватку и отошли от меня на почтительное расстояние. Я увидел, как они оба извлекли на свет телескопические дубинки. Кренов был спокоен, но его правая рука легла на кобуру. Ничего себе, как тут Гриню боятся! Я сел на колоду, размял затёкшие руки и ноги. Внимательно осмотрел кожные покровы. Раны вызывали беспокойство.
Я даже и не почувствовал, как металл повредил ткани! Ещё пара дней в кандалах, и начался бы некроз. Раны были глубокими и требовали тщательной дезинфекции. Я подумал, что теперь появилась возможность проверить свои магические способности. Но делать это нужно было тайком. Никто не должен знать, что я — колдун. Сожгут, чего доброго.
— Ну! — рявкнул Кренов. — Чего расселся, как кот?
— А вы бы попробовали постоять столько часов! — возмутился я. — Без еды. Без воды. Да ещё с этими железяками.
— Что ты задумал, Гриня? — тихим голосом произнёс начальник. — Отчего такой спокойный? Отчего решил сотрудничать?
— Я бы попросил перенести этот разговор, — попросил я. — Мне нужно вымыться. Перекусить, попить воды. И ещё, где у вас тут лазарет? Видите, какие жуткие раны. Нужно срочно обработать.
Надзиратели были озадачены. По всей вероятности, они не ожидали услышать ничего подобного от малограмотного рецидивиста. Сам не знаю, почему я решил с ними разговаривать, как житель 21-го века, а не как арестант. Надоело играть и прикидываться.
— Гриня, — сказал Кренов, и уверенности в его голосе поубавилось. — В большую камеру ты не пойдёшь. И никто тебе прислуживать не будет. Уж извиняй. Самому придётся.
— Я сам справлюсь со всем, — поспешил заверить. — Давайте ещё раз пройдёмся по моему списку…
«Ты что творишь⁈ — возмущался настоящий Гриня, но я уже приучился его не слушать. — Сам будешь сортир мыть? Сам посуду уносить⁈ Тьфу, гадство!»
— Есть у нас один пассажир, — произнёс Кренов и рефлекторно посмотрел по сторонам. — Зверь. Антихрист. Тебе надобно с ним расправиться.
На последнем слове он понизил голос. Ну что ж, значит, он не уверен в себе. Это хорошо.
— Не понимаю, о чём речь, — зевнул я. — Как это — расправиться?
— Не валяй ваньку! — рявкнул начальник. — Ты согласился сотрудничать. Ты идёшь в клетку к зверю. И первое задание — убить его.
— Убить⁈ — возмутился я. — Да за кого вы меня принимаете?
— Всё, хватит дудку дуть, — потребовал начальник. — Ты не на суде и не у прокурора. Можешь не притворяться. У тебя руки по шею в крови.
— Да как вы смеете…
— Твоя мишень — пассажир опасный, — произнёс Кренов. — Подозрительный. Полный псих. Ты — будешь с ним в камере. Усёк?
События принимали совсем уж абсурдный оборот. Этот человек хотел, чтобы я убил заключённого? Да он тут так лихо кувалдой размахивал! Ничего непонятно. Я же просто решил тянуть время. Дудку дуть — как метко выразился сам Кренов. Всего-то и нужно мне — сделать один звонок.
— Всё сделаю в лучшем виде, — сказал я. — Но не сразу. Коли пассажир опасный, надо присмотреться. Подумать, как лучше его взять. Не силой, а умом.
— Другой разговор, — похвалил меня Кренов. — Спешить не надо. Времени у тебя полно. А вздумаешь обманывать… Пустим разгон, что ты с мундирами заодно. Тебя свои же порвут. Это понятно?
На самом деле, ничего мне не было понятно. И почему этот неполноценный аристократ так быстро переходил на альтернативную феню — тем более. В поезде мне сообщили, что Гриня приговорён к смертной казни. Тогда откуда у меня время, о котором говорил начальник острога? Но я решил с ним не спорить. В конце концов, сил для этого уже не осталось.
— Напоите его квасом. Затем ведите его в баню, — приказал начальник. — А после — в основной корпус. Дайте усиленный двойной паёк. И хлеб.
— Так точно! — отчеканил Звон. — Выполняем.
— И осторожно с ним! — напутствовал Кренов. — В синичке его водить…
Это ещё что такое? Что за синичка? Что за квас? Когда мы вышли в основную часть «главного корпуса», мне действительно дали огромную кружку какого-то напитка. На вкус он напоминал забродивший берёзовый сок. Я выпил до дна — и почувствовал прилив сил. И это хорошо.
Ведь от пережитого стресса, холода и других приключений я думал, что упаду в обморок. Но тело Грини Безымянного оказалось невероятно тренированным. Я спокойно прошёл ещё триста метров до бани. Ощущал невероятную лёгкость — оков больше не было! С наслаждением сбросил с себя вещи. Получил от надзирателя кусок хозяйственного мыла и вошёл в душевые.