Часть 4.
Герман
Заметив Анну, на выходе из уборной, заподозрил что-то не ладное.
Она не была рассчитана на двух человек. Прошу маму дойти со мной, проверить.
Она не разделяет моего беспокойства, но все равно подходим и я аккуратно заглядываю внутрь.
Мама выглядывает из-за моей спины и испугано вскрикивает через пару секунд.
Я не сразу осознал, что на полу в уборной без сознания — Ярослава. Рядом Артем, его рубашка и руки в крови. Сложить два и два не так сложно.
Захожу внутрь и закрываю за собой дверь.
- Она…?
- Дышит, — отвечает Артем. Он паникует и не знает куда себя деть, поэтому просто замер на месте.
- Зачем? — спрашиваю у него.
- Аня сказала, из-за тебя. — в таком состоянии он просто говорит как есть, не думая, надо оно или нет.
- Блять!
Яру унесли наверх, вызвали к ней семейного врача, но она до сих пор не очнулась.
Аню с Артемом родители сразу отправили домой. Конечно, они никогда не видят сколько проблем могут принести своим поведением.
Все оставались в кабинете с бокалом в руке в полном молчании. Что делать дальше — не ясно. Ждали Григория Степановича.
Вечер закончился без нас, там было кому управлять.
Наконец он зашел в дверь кабинета.
По лицу его было ничего не понятно. Сколько себя помню, мимикой он не отличался. Поджатые губы и взгляд такой, не понятно рад он или грустен.
- Она живая, — говорил он скомкано. — Повезло что не виском ударилась. Недели через две оклемается, скорее всего сотрясение есть. Может быть временная дизориентация. Рану обработал...
Я покинул кабинет не говоря ни слова и не дослушивая до конца. Мне без разницы, что они там смогут решить. Сейчас остро ощутил свою вину за случившееся.
Ее отнесли в мою комнату и я хотел сам проверить как она. Как будто слов доктора было мало.
Влетаю в комнату и застываю на месте: Ярослава в одних только трусиках стоит у моего шкафа с вещами.
Она похожа на нимфу: волосы рассыпаны по плечам, спине и груди. Взгляд расфокусированный от того кажется немного не земным.
Мужское начало берет свое и я оцениваю ее подтянутое тело, округлые ягодицы и привлекательные горошинки сосков на груди.
Твою мать.
- Не могу найти футболку, — говорит она тихо. — голова раскалывается, Даш.
Видимо она не совсем понимает, где находится. И абсолютно не прикрывается.
Сейчас не время тешить себя, но чувствую как напряженно стало в штанах.
Она определенно мне по вкусу. Подхожу к шкафу, специально обхватывая ее за талию. Достаю какую-то свою футболку, даже не смотрю какую именно и подаю ей.
- Спасибо.
Она хмурится, как будто поняв, наконец, что я — не Даша. Позволяю себе воспользоваться случаем и касаюсь пальцем её соска, аккуратно сжав упругое полушарие.
- Аах…, - она стонет и это как выстрел в голову. Напористо сминаю ее губы и прорываюсь в полуоткрытый ротик, изучаю захваченное пространство и не имеет значение, что она мне слишком вяло отвечает. Её вкус сводит с ума. Кладу руку на затылок и чувствую влагу.
Кровь.
Отхожу на безопасное от нее расстояние. Я же не маньяк, спать с девушками в таком состоянии, да?
Укладываю ее и выхожу.
Ярослава
Просыпаюсь от того, что солнце слепит в глаза.
Не сразу понимаю, что постель не моя. И комната тоже.
Неужели я много выпила и позволила? Нет, я бы наверное не захотела. Хотя…вспоминаю, что мне иногда было приятно касаться Германа.
Странно, что я вообще тут уснула. У меня большая проблема ночевок в незнакомом месте, особенно в одиночестве. Нина Андреевна как раз над этим работает.
Едва отрываю голову от подушки — вспоминаю все неприятные последствия вчерашнего дня.
Меня здорово приложили о стену. Знакомиться с виновником не хочется, ровно так же, как и задерживаться в этом доме. Злость на всю ситуацию и мое состояние сейчас окутывает меня. Конечно, я злюсь на этого беспечного засранца Германа. Чтоб его!
Смотрю на часы — четыре утра. Идеально для побега. Насчет побега я конечно замахнулась. Бегать не получается.
Яростно бросаю вещи в какую-то сумку и медленно спускаюсь вниз. Прислушиваюсь, но в доме тихо.
Вызываю такси и жду возле дома. Была бы сигарета — точно закурила.
Водитель такси — женщина, смотрит на меня весьма удивленно. Но теперь я хотя бы похожа на ту, кем меня весь вечер вчера называли. Футболка как мини-платье, волосы растрепаны, на ногах туфли на каблуке.