Что ты сделал?
то я мог поделать? Я связал ему руки, чтобы он не вырвал свои чертовы внутренние органы, и лодыжки, чтобы он больше не мог бегать как цепная собака.
Монк снова позволил себе затянуться табаком. Он скрутил еще одну сигарету. Худощавая женщина терпеливо ждала. Он достал Zippo, чтобы прикурить, мгновение посмотрел на нее, затем сунул в карман. Незажженную сигарету он держал в правой руке.
Этот первый гудок продолжался около суток, около двадцати четырех часов, наконец сказал Монк. Затем он прекратился. Все было кончено. Мы слышали сообщения о том, что произошло, о том, как все эти тысячи и тысячи людей — мужчины, женщины, дети — выстроились в очередь и сделали это, рог, где он тогда находился, к круглой скале в Браши-Крик. Они приехали за сотни миль. Все эти машины, припаркованные гигантским скоплением на дорогах вокруг парка, где Ранья поставили этот рог, или вырастили его, или что они там еще сделали, Монк посмотрел на свою сигарету, повертел ее в руке. И ни один из них не вернулся.