После неудачного ночного боя, когда не только не удалось освободить пленников, но и сами освободители чуть не погибли, командир эльфов постоянно был раздражен и срывался по любому поводу. Корад даже подумывал дать ему какое-нибудь оркское имя, потому что вел он себя как настоящий орк – злился на всех и постоянно хватался за оружие. «Теперь понятно, – думал Славуд. – Почему он исключен из списка наследников. При правителе с таким характером эльфы из войн вылезать не будут». Хотя в этом конкретном случае его можно понять – он пообещал брату, что найдет и вернет наследника, а обещание для эльфа, то же самое, что клятва на крови, для обычного человека. Ему, как и его команде, теперь нельзя возвратиться живыми, не выполнив обещание.
Вот и сейчас эльф хмурился, недоверчиво глядя на подъезжающих всадников. Однако, когда те подъехали ближе, Корад заметил, что его лицо немного посветлело, похоже он узнал кого-то из прибывших. Это оказалось, действительно, так – игнорируя остальных, он встал и поклонился женщине–магу, та ответила:
– Рада видеть тебя, высокородный Витайлеан.
– Я тоже счастлив лицезреть вас, уважаемая Крателла. Как Пограничье?
– Плохо. Орки прошли сквозь нас, как сквозь масло.
Лицо эльфа опять стало хмурым.
– Везде эти орки, – сквозь зубы процедил он.
Корад тоже шагнул навстречу гостям.
– Это все? – он постарался скрыть свое разочарование, слишком мала была поддержка. Ведь кто-то легко перебросил сюда целое войско орков, значит врага поддерживают очень сильные маги. А если они связаны с Зерги, то это еще увеличивает из мощь.
– Здравствуй, Корад, – вместо ответа, поприветствовал его маг с бледным худым лицом.
– Здравствуй, Скарудлин, – исправился Славуд, они знали друг друга по Братству, но близко знакомы не были. В обществе области их деятельности были далеки друг от друга. Потом из мрака появился еще один знакомый. Корад увидев его широко раскрыл глаза – зачем здесь ученый секретарь? Они молча раскланялись.
– Не обессудь, мы были не готовы к такому развороту событий. Кто был в Стереге в этот момент, те и отправились, – Скарудлин словно извинялся.
– Я понимаю, – со вздохом сказал Корад. – Но все равно…
– Ничего, я думаю с орками мы как-нибудь справимся.
– Нет! – вдруг вступила в разговор Крателла. – Нет, не справимся!
Все, и вновь прибывшие, и старый отряд с удивлением смотрели на нее. Крателла явно была взволнована.
– Да вы что – ничего не чувствуете? – в голосе женщины была неприкрытая тревога. Она смотрела сейчас прямо на стоявших рядом Скарудлина и Корада. – Здесь след Черных!
Всадники возникли, словно из ничего. Только что впереди была пустынная ровная степь, а через секунду к передовому отряду орков уже мчались несколько десятков дикарей в лохматых лисьих шапках. Мощные воины зарычали и приготовили оружие – их дубины и мечи были величиной почти в рост нападавших, а сами орки казались великанами против кочевников. Они не сомневались, что сейчас расколотят головы этим самоубийцам. Однако, дикари, похоже, не хотели портить свои рыжие шапки и подставлять головы под дубины орков.
Еще на скаку они выдергивали из-за спины короткие, сильно изогнутые луки и бросив поводья, заряжали их. Лишь только лошади вынесли их на расстояние выстрела, первые всадники выпустили стрелы и по касательной ушли в сторону, за ними тотчас появилась вторая цепь, потом третья.
Может быть луки у степняков были и слабее, чем длинные луки эльфов, но в меткости и в быстроте стрельбы, они нисколько не уступали перворожденным. С первой же очереди несколько стрел нашли своих жертв. Короткие ивовые стрелы не пробивали стальные пластины, но кожаный доспех осиливали. А там, где их острые наконечники нашли незащищенное тело, их действие было ничуть не хуже, чем у стрелы эльфа.
Понимая, что если они продолжат так стоять, то дикари просто нашпигуют их стрелами, старший десятки бросил воинов в атаку. Пока еще погибших не было, лишь несколько раненных, и мощь нойбы позволяла расправиться с нападавшими. Однако, дикари бой не приняли – они тут же развернули своих лошадей и бросились наутек.
Боевой клич рода Чарингов накрыл близлежащую степь, в воздух взлетели мечи и нойба понеслась вдогонку за степняками.
– Идиоты, – констатировал наблюдавший за схваткой с вершины холма, Черный в расписном, отливающим золотом черном плаще. Он повернулся к Сельфовуру и спросил: – Они все здесь, такие тупые?