– Говорит «Россия», вице-адмирал Данил Гранин, экспедиционный корпус Третьего флота, – голос адмирала был спокоен и сух. – Сообщите вашу принадлежность.
Взгляд капитана «Тринити» заметался между Граниным и Кролла.
– Это крейсер Альянса «Тринити», командир Артур Ромик, – справившись с собой, дал ответ капитан, его голос был слышен всем находившимся в рубке линкора, – мы находимся в этом районе на секретном задании. Шесть суток назад мой корабль был атакован шиванскими перехватчиками и получил тяжелые повреждения. Мы нуждаемся в немедленной помощи.
Ромик замолчал. Было заметно, что подходящие слова даются ему с трудом.
– Альянса? Вы сказали крейсер Альянса, Ромик? – голос Гранина был спокоен, но в его тоне засквозили саркастические нотки, – Не пытайтесь обмануть нас, бывший офицер Альянса. У вас есть ровно тридцать секунд, чтобы сдать свой корабль.
Вице-адмирал услышал общий вздох удивления, пронесшийся по боевой рубке «России».
Ромик побледнел и слегка покачнулся, словно от пощечины. Он опустил взгляд, кусая губы, и наконец, осознав до конца, что его тайна раскрыта, молча кивнул.
– Что вы делали здесь в туманности, Ромик? – вдруг спросил Кролла. – Решили первыми встретиться с кораблями Шивы?
Командир «Тринити» вздрогнул.
– Как сдавшийся в плен, я имею право хранить молчание согласно межзвездной конвенции Бета Орла, – глухо проговорил он, не поднимая глаз.
– Вот как, – усмехнулся Кролла, – мятежники заговорили о конвенции! А вы следовали ей, когда бросили гражданский ракетный модуль, полный людей, в системе гамма Дракона несколько дней назад?
Вице-адмирал жестом остановил его.
– Не будем терять зря времени, – сказал Гранин – мы соблюдаем принятые соглашения. Тем более согласно им мы можем передать пленных на союзный васудианский крейсер «Да-хор».
– Надеюсь, васудианец, которого вы захватили, замолвит за вас словечко, – вставил фразу Кролла.
Ромик побледнел еще больше.
– Он… он погиб, – с трудом выдавил офицер.
Вице-адмирал безразлично пожал плечами:
– При передаче вас на «Дахор» мы сообщим союзникам об этом факте, – Гранин слегка наклонился вперед, – Ромик, может, хватит играть в эти игры? Ты в одном шаге от мата.
Капитан «Тринити» поднял взгляд. Губы его дрожали, лицо исказилось гримасой.
– Итак, Ромик, ты будешь говорить, – вице-адмирал сверлил его своим взглядом, – при условии…
– При условии, что вы вытащите нас отсюда, – вдруг сорвался на крик офицер мятежников. – Вытащите нас из этой проклятой туманности, полной шиван!
Он ударил кулаком по управляющей панели. Изображение, мигнув, пропало.
Гранин озабоченно переглянулся с командиром линкора. В рубке «России» стояла мертвая тишина.
– Как бы не встрять нам здесь, Данил, – обеспокоенно произнес Кролла, – если здесь действительно полно шиван, как он говорит, то мы рискуем получить проблемы. Ты же знаешь, наши сканеры не видят здесь дальше собственного носа.
– Через двадцать часов к нам подойдут два тяжелых крейсера. Это «Крым» и «Украина», – задумчиво ответил вице-адмирал, потирая рукой подбородок, – на них стоят сканеры, уже адаптированные к здешним условиям. Я получил эти известия пятнадцать минут назад.
Он перевел взгляд на дрейфующий крейсер мятежников, окруженный файтерами Альянса. Четыре «Медузы», готовые нанести упреждающий удар, неподвижно замерли недалеко от «Тринити». Два звена истребителей, обнаруживших крейсер, находились тут же рядом.
– А вот Ромик уже никуда не денется, – продолжил Гранин, – он не фанатик Боша и слишком дорого ценит свою жизнь, чтобы расстаться с ней в неравном бою. Это не Грэхэм Уорт, что был капитаном «Велизария». Адмирал Бош допустил серьезную ошибку, отправив сюда такого неподходящего человека.
Как бы подтверждая его слова, «Тринити» снова вышла на связь. Правда, вместо капитана корабля на экране появился другой офицер, с нашивками главного инженера. В отличие от своего командира, он выглядел гораздо более спокойным.
– Я Лавиз, главный инженер крейсера, – представился он, глядя на Гранина, как на самого старшего по званию. – Капитан поручил сдать мне крейсер, какие будут ваши распоряжения?
– Мы высылаем призовую команду на транспортном корабле, – сказал вице-адмирал тоном, не допускающим никаких возражений, – ожидайте его через двадцать минут. Все офицеры «Тринити» должны будут сдать личное оружие и перейти под конвоем на наш корабль. Остальные члены команды пусть остаются пока на своих местах. Наши специалисты заблокируют все орудия крейсера во избежание эксцессов.