В ответ на это Нестеров снова с загадочным видом переглянулся с Натальей и поколдовал над своим коммуникатором.
– Не вижу причин, почему бы троим благородным донам и одной донье снова не оказаться вместе, – многозначительно произнес он, – например, на борту всем известной России», кстати, только что закончившей ремонт и вот-вот собирающейся отправиться на поиски шиван.
Маршан только рассмеялся и махнул рукой:
– Илья, может быть, ты и полетишь на поиски шиван, а вот мы точно останемся здесь, охранять его величество гранд-адмирала на его «Эниши», – он посмотрел на часы, – и нам, кстати, уже через час придется прощаться. В тринадцать часов по галактическому времени с инсталляции уходит наш модуль.
– Но ты же сам хотел остаться с нами? – запротестовал Нестеров. – И Стефан, я думаю, не против, да Стефан?
Томальски осторожно кивнул в ответ и как-то нервно почесал свою бороду.
– Да кто ж нас отпустит-то к тебе? – саркастически спросил на это Маршан. – Или ты уже адмиралом успел стать? Ну, фантазер!
Сидевшая напротив него Синарин неожиданно весело рассмеялась.
– Да скажи им уже, командир, – взмолилась она.
– Нет уж, хочу, чтобы они сами догадались, – ответил Нестеров, по очереди переводя взгляд с Алекса на Стефана и обратно.
– О чем? – Томальски собрал весь свой лоб в морщины.
Маршан молчал и ошеломленно смотрел на своего друга.
– Так значит, ты не просто так оказался с Натальей здесь, на орбитальной станции? – наконец спросил он.
– Не просто, – ответил Илья.
– Да о чем вы толкуете? – озадаченно спросил Стефан, разглядывая на просвет свой пустой бокал.
– Нас переведут в твою эскадрилью? – спросил Алекс, не обращая внимания на слова Томальски. – Но как ты, черт возьми, ухитрился это провернуть?
Вместо ответа Нестеров поднялся с места и, обойдя скамейку, на которой расположились Маршан с Томальски, встал позади своих друзей и опустил руки им на плечи. Наталья, в этот момент с улыбкой смотревшая на них, спохватилась и сделала снимок всей троицы.
– Ты почти угадал, дружище, – наконец сказал он, – правда, это не совсем моя эскадрилья. Так вот, – Илья похлопал обоих товарищей по плечам, – как я уже сказал, «Россия» уходит в систему гамма Дракона. Но на ней идет и сам гранд-адмирал, а ему нужны настоящие пилоты в предстоящих боях. И мне, как бывшему заместителю командира сто седьмой группы «Вороны», по секрету сказали о переводе к нам всей прославленной эскадрильи «Королей самоубийц».
Синарин с удовольствием сделала еще один снимок. Особенно хорошо вышел Томальски с отвалившейся нижней челюстью. Алекс подскочил на месте и развернулся к своему другу.
– Фантастика! – просиял он. – Стефан, ты слышал, мы снова вместе! Намнем всей компанией холку Шиве!
Его товарищ привел челюсть в прежнее положение и неуверенно улыбнулся. После того, как Стефан прослушал подробный рассказ Ильи о сражениях с шиванами, ему не очень хотелось отправляться в систему гамма Дракона, а то и дальше. Но он старался не подавать вида.
– Это же здорово, Илья! – продолжал восторгаться Алекс. – Мы снова будем на одном корабле, хотя и в разных эскадрильях.
– Нет, дружище, не в разных, – покачал головой Нестеров, – а снова вместе в одной. Наверное, ты не обратил внимания, как я сказал, что я бывший, – он выговорил это слово с ударением, – заместитель командира сто седьмой.
Маршан внимательно посмотрел на своего друга.
– Илья, говори прямо, сколько у тебя еще сюрпризов, – полушутливо-полусерьезно сказал он, – у меня сердце слабое, а Стефан вон вообще, в предынфарктном состоянии. Ты или серый кардинал в нашем флоте или… а-а, это вас просто переводят к нам в эскадрилью, – догадался он.
– Ты практически бьешь в десятку, Ал, – улыбнулся Нестеров, – только серый кардинал не я, а Николай Темный, мой бывший наставник. Надеюсь, вы все его помните, еще с кампании на Денебе? Теперь он возглавляет новую боевую группу и взял нас с Натальей к себе после наших сражений в туманности с Шивой. Мы базируемся на «России», только в специальном ангаре, и пилотируем секретную боевую технику. А Николай поручил мне самому набрать свое звено. Надеюсь, вы оба догадались, кто туда еще вошел кроме меня и Синарин? Кстати, забегая вперед, скажу, что мой наставник ничуть не возражал против таких кандидатов.