Два концевых «Аэолуса» группы, крейсера «Мальта» и «Темплар», обладавшие самым мощным зенитным вооружением, запоздали с маневром, помогая истребителям отбить атаку бомбоносов, и сразу же получили несколько мощных ударов с шиванского разрушителя. Но на помощь своим уже подходил только что завершивший ближний прыжок «Картидж», открывший огонь по «Демону» с самой дальней дистанции. К счастью, всесокрушающие лучевые соты джаггернаута, бывшего в отдалении, пока молчали; командующий Гранин категорически запретил своим большим кораблям приближаться к «Сатане» на расстояние меньшее четырех астрометров.
Командир четвертого звена Илья Нестеров, быстро приближавшийся на своей боевой машине к месту разгоревшейся схватки, не знал об этом приказе гранд-адмирала. Он лишь видел, что в периметре защиты шиванского джаггернаута открылся желанный просвет.
– Готовьтесь, ребята, – взволнованно крикнул он в интерком, соединяющий пилота с тремя его товарищами по звену, – сейчас начнется.
Пилот бросил взгляд на свой браслет из массивного лаурита, единственную вещь, оставшуюся ему от отца, пропавшего без вести двадцать два года назад в поединке с не менее мощным порождением Шивы. Петр был не старше, чем его сын теперь, когда он устремился в свою самоубийственную атаку на «Люцифер». И в последние часы перед боем Илья не один раз пытался представить себе в своих мыслях, что мог чувствовать его отец, когда наконец увидел в прицеле главного шиванского монстра. В те секунды, отделявшие жизнь от смерти не просто одного человека, чьи руки стискивали штурвал тяжелого торпедоносца, а миллиардов людей, которые могли спастись или погибнуть от одного его верного или неверного движения. Атаковать без права на ошибку, дойти до самого последнего предела и пустить в цель только одну, но смертельную стрелу. Илья внезапно ощутил какую-то непередаваемо глубокую эмоциональную связь с тем светловолосым молодым пилотом, благодаря которому когда-то закончилась Великая Война. И сейчас он просто стал им.
Пилот вдруг улыбнулся. Во всей галактике сейчас нельзя было подыскать более подходящего для такого дела человека, чем он, Илья сын Петра. Лишь бы его товарищи тоже не подвели.
– Ну что, ребята, пора за дело, – голос Николая по-прежнему не выдавал ни малейшего признака волнения, – и не забывайте, после атаки все встречаемся в точке отхода. Торпед у нас по всего одной, так что второго захода не будет. Всем звеньям форсаж!
– Выполняем! – Илья до упора сдвинул вперед сектор газа и услышал рев всех четырех турбин своего перехватчика. Двенадцатикратная перегрузка вдавила его в пилотский ложемент, а окружающий его мир вдруг стал серым, мгновенно потеряв все свои краски. Но он мог видеть на боковых обзорных экранах, как его ведомые устремились ему вслед.
Шестнадцать сверхтяжелых перехватчиков землян, разделившись на атакующие группы, рванулись вперед, формируя четыре острия, направленные каждое на свою цель, длинные полуторакилометровые лапы лучевых сот, несущих смерть любому кораблю Альянса, единственные уязвимые места шиванского джаггернаута.
Но прорваться к своей цели оказалось не самым простым делом, через несколько секунд после начала атаки «Сатана» ощетинился ответным огнем. Прикрывающие «Эринии» двести сорок вторая и сто седьмая истребительные эскадрильи слаженными усилиями смогли очистить зону подлета к цели от многочисленных охотников шиван, не пропустив к уязвимым пока перехватчикам ни одной вражеской машины, но сберечь своих подопечных от зенитного огня они не могли. Пространство перед приближающимися к цели «Эриниями» быстро заполнилось шарами плазменных разрывов, десятки зенитных турболазеров «Сатаны» искали и находили свои цели.
Машину Ильи сильно встряхнуло от серии близких взрывов, и он ударился боковой поверхностью полетного шлема о край своего пилотского ложемента. На мгновение у него зашумело в ушах. Быстро придя в себя, пилот увидел, как головная машина из второй четверки получила удар сразу с нескольких тяжелых турболазеров и, завертевшись вокруг своей оси, вдруг исчезла во вспышке сильнейшего внутреннего взрыва. Первый «Гелиос» из шестнадцати взорвался впустую. Другие три машины этого звена разбросало в стороны мощной ударной волной, и они лишь через несколько секунд с трудом вернулись на свой курс, пытаясь не отстать от остальных перехватчиков, неумолимо сближавшихся с огрызающимся шиванским джаггернаутом.