Дима наотрез отказался участвовать в поисках и всему прочему связанному со злополучной книгой, зная как Милиса волновалась этой ночью, как он обнимал её продрогшее тело. От этих мыслей внутри появился тёплый комок, он грел изнутри грудь, иногда сдавливая рёбра. Сама же Мия молчала, смотрела в сторону, не могла оставить желание проявить своих демонов, но и заглянуть в бездну опасно.
-Мия, я готов помочь тебе, если ты решишься на дальнейшие поиски информации
Тёма лучезарно улыбался смотря на девушку, он буквально хотел подарить детскую веру в правдивость истории, может конечно ему было просто нечем заняться, может от чистого сердца был интерес к «высшему я», а может он как змей искуситель толкал к необратимому .
Милисе нечего было сказать, растерянность и нерешительность взяла своё
-Так что мы будем делать? - Артём не отставал
-Я хочу забыть об этом.
Ночь снова была холодной, но на этот раз с Мией никого не было рядом, перечитывая отрывки книги вновь и вновь, ноги сами понесли её в спальню.
Девушка сняла со стены зеркало, потом сняла зеркала из гостиной, ванной и прихожей, после чего понесла их в гардеробную. Гардеробная была достаточно вместительной, тёмной и не захламлённой, нужно было сделать зеркальную комнату, сесть в центр, единственным источником света может быть свеча, спичка или зажигалка.
На реализацию много времени не ушло, написанное на листке обращение к «я» девушка занесла над огнём, листок был подхвачен красными языками, кончики пальцев ныли от тепла, пепел сыпался на колени, а в зеркалах мелькали глаза Мии с испугом озирающиеся по сторонам.
Эта ночь запомнится надолго, страх сковывал мышцы, голова гудела от тишины, мысли о совершённом терзали, дороги назад нет.
Глава 6
Утро ударило в окно солнечным светом, глаза слепили лучи, в очередной раз вставать не хотелось, а в дверь настырно стучали
Мие ничего не оставалось как пойти ко входу, шаркая тапочками по полу, как старички в домах престарелых. Посмотрев в глазок по телу прошли мурашки и она не задумываясь дернула ручку на себя.
Полицейский на входе показал своё удостоверение, двое за ним стояли невозмутимо, как хищники пронзая ожидающим взглядом
-Савицкая Милиса Елисеевна?
Девушка кивнула, полицейский шагнул в дом
-У нас есть несколько вопросов
В руках он держал папку с бумагами, открыл, резкими движениями перебирая одну за одной, быстро найдя нужную, сразу же предоставил её Савицкой
-Ознакомьтесь
На бумаге от руки была написана расписка Рязина для Милисы, которую он так и не вернул, где говорилось что она даёт деньги за выполнение перевода, а он обязан его передать после завершения. С другой стороны листок бумаги был испачкан багровыми пятнами, а ниже была приписка наброска перевода, тот момент про «нелюдей», что с первого взгляда могло показаться сущим бредом.
На глазах навернулись слёзы как только стало ясно, что пятна — это кровь, но Мия не давала капелькам стечь по щекам, не показывала вид испуга и расстройства. Полицейский отошел поодаль от напарников и негромко заговорил
-Милиса Елисеевна, вчерашним вечером Степан Рязин совершил преступление, в его квартире была найдена эта расписка с передачей ему ваших денежных средств, если вы располагаете какой-либо информацией о его психическом состоянии, нужно рассказать об этом, в противном случае сокрытие информации может обернуться против вас, перевод вам передавали? Он может оказаться элементом или основанием приступления
-Я не понимаю, почему вы пришли ко мне? Я только заказала перевод у него, он переводчик Латинского, с чего мысли о том, что сказки про духов могут быть основанием преступления? Да, это не совсем правильно, давать кому-то деньги в новом городе с надеждой на расписку, но куда деваться?
Мия стала невольно защищаться, много говорить, словно строя перед собой кирпичную стену из букв, так у неё проявляется волнение
-Девушка, прошу вас, не волнуйтесь, на расписке есть часть перевода заказанного вами, поэтому мы тут. То, что тут написано, полный бред, который при задержании кричал Степан. Я не могу сказать вам большего, если вы не располагаете большей информацией.
-Это глупая сказка из книги купленной в старом магазинчике, не больше, в конце концов он мог специально свалить своё преступление, каким бы оно не было, на городскую историю, простите, я не знаю ничего больше.