Но потребовалось совсем немного времени, чтобы понять — почему.
Настороженность в громадных глазах девочки быстро сменялась доверием, и своей непосредственностью и жизнерадостностью Кимико заполняла зияющую пустоту, образовавшуюся в душе Аны после того, как разлетелся на искры янтарь.
Так же, как ее покровительница, Кимико влюбилась в новый дом, безошибочно находя любимые места Аны — в саду, библиотеке, в старых спальнях. Она даже почувствовала, в каких комнатах находились тайники Мелины, а когда Ана протянула ей рисунки, выбрала из них те, на которых были головки младенцев и погремушки, и незрячие глаза девочки наполнились слезами.
— Столько любви, столько тоски… Больно, — прошептала ясновидящая, откладывая в сторону листы.
Когда Ана работала, составляя наборы для ювелира, ее подопечная всегда находилась рядом, перебирая камушки. Но если Избранница слышала истории камней, то Кимико на ощупь определяла их стоимость. Прямо-таки оценщик в цветастой юбке.
Поменять стиль одежды девочки не получалось. Сколько ни пытались Гая и Аксела, она «видела», когда ей приносили менее цветастые ткани.
— Кимико не совсем слепая, — объяснила Ана, вспоминая первый разговор с девочкой на площади Рассветной, — и различает очень яркие или темные цвета как пятна, так что не пытайтесь ее обмануть.
Одним вечером Кимико попросила Избранницу поделиться с ней историями камней, и с тех пор почти каждый день заканчивался на балконе или в комнате девочки, а то и на кровати Аны с рассказами о кристаллах или сказками из книг.
Несмотря на растущее между ними доверие, Кимико продолжала хранить свои тайны и закрывалась, если Избранница начинала задавать слишком много вопросов.
Зато сама бойко расспрашивала о Мирне и о Земле.
— Мне нужно многому научиться, — согласилась она, услышав, что ее нареченному известны два мира.
Узнав, что ее жених — вовсе не охранник на водонапорной башне, а бастард Закатного Короля, Кимико замолчала на целый день и провела его в своей комнате, сказавшись на плохое самочувствие.
— Трудно быть сиротой, — заявила она Ане, прервав добровольное заточение. — Но еще больнее быть сиротой при живых родителях. — Так ясновидящая договорилась с духами и приняла новый статус будущего жениха.
У Аны был собственный опыт, как учат детей, которые отказываются разговаривать, но она не знала, как занимаются со слепыми. Она начала с детских стихов, которые смогла вспомнить, но их оказалось не так много, а память Кимико слишком цепкой, и девочка запоминала все после двух-трех повторений. Настало время искать помощь в библиотеке. Учитель из Аны получался хаотичный и, если быть честным, бестолковый. Она то бросалась читать отрывки из книг по истории Долины, то рассказывала о растениях, потом перескакивала на классификацию камней и описания их свойств, все время наталкиваясь на непредвиденные результаты. История Кимико не интересовала. Девочка сидела, выпучив глаза и утонув в своих мыслях, или едва слышно пела. Стоило заговорить о растениях, как ясновидящая завела спор об их лечебных свойствах, и Ана чувствовала себя уже не учителем, а ученицей. Классификацию камней Кимико выучила быстрее, чем ее наставница, и уже через день ловила ее на ошибках. К тому же времени на уроки оставалось все меньше. Ларс настаивал на частых тренировках, а Королева задумала новый проект с участием Избранницы.
Понаблюдав за метаниями Аны, Аксела предложила свою помощь.
— Чтобы эффект обучения был высоким, оно должно быть систематическим. Ваши знания о родословных влиятельных родов страдают от того, что вы все время пропускаете занятия и слишком увлекаетесь составлением наборов из камней. Думаете, я не догадываюсь, почему Гая так часто ходит в город?
Ане пришлось отдать Кимико заботам Акселы, а чтобы лэда стала менее догадливой, подарила ей красивую брошь. Украшение было из карнеола, усиливающего женскую притягательность, с цирконом, добавляющим веры в себя — совсем крошечным, потому что уверенного человека камень превращал в наглеца, а чересчур настойчивая Аксела переродилась бы в Тень имения, и от нее бы точно никто не спрятался. Ана добавила в брошь розовый кварц, сохранивший историю такой сильной любви, что она пульсировала в ауре кристалла столетия спустя и была способна растопить сердца новых владельцев для сильных чувств. Кварц попал к Ане пару недель назад среди камней, которые прислал для работы ювелир, и лежал у Избранницы под подушкой. Когда ей становилось очень грустно, она брала его в руки, и чужое счастье уменьшало печаль. Розовый кварц принесет Акселе счастье.