На балконе сидела Ана.
14.
Ана сидела… на скамье подсудимых.
Вернее, на белом мраморном балконе подсудимых, сжимая дрожащую руку Кимико. То, что слепая девочка сильно боится, было заметно по мокрой от холодного пота ладони. Но для переполненного зала суда сидевшая рядом с Избранницей юная черноволосая девушка выглядела равнодушной. Она, не мигая, смотрела мимо судей и зрителей в только ей одной известные дали. Будто вела беззвучный разговор с духами, как и положено ясновидящей.
Виновник торжества хлопал лупоглазыми глазами среди обвинителей. Он отвел для себя целых две роли — пострадавшего и прокурора, — и метался между ними, стараясь все время оставаться в центре зала и центре внимания. Шахрейн твердо решил, что без головы Аны у себя в руках их здания суда не выйдет…
Все случилось так быстро!
Избранница Наследника угодила в хорошо расставленный капкан, и ее положение было очень непростым.
На балконе из белого мрамора.
Даган рассчитывал посрамить Избранницу и очернить ее имя, к которому и так уже прилипли карьерные Тени. К слухам о тьме чужого мира, которой полна Скользящая, он собирался добавить обнаруженный в комнате невесты Наследника ведьмин камень, потом вытащить из прошлого Аны годы жизни среди контрабандистов в Карьере и преподнести сливками на праздничный торт ее воспитанницу — воровку с улицы, позарившуюся на ценные вещи уважаемых членов Совета.
Но к первоначальным планам — «праздничному торту» — вдруг добавились вишенки и шоколадная глазурь. Первой стал отъезд Наследника с двумя преданными короне придворными на переговоры с горцами. Влед за Ларсом из столицы исчезла и Королева Магда. В свете случившихся потом событий, Ана начинала сомневаться, что болезнь любимой родственницы Королевы была случайной.
Потом от старейшин племени горцев, оскорбленных отказом Рассветной принцессы принять нового телохранителя, приехал посланник с подарком для любимого сокола Аларика — Крыла. Клобук из искусно выделанной кожи украшала россыпь голубого жемчуга, который изредка добывали в высокогорных озерах. В Долине им не было цены! Восхищенный подарком Аларик устроил в малой столовой пир для друзей. Клобук лежал на столе на атласной подушечке. Гости ели изысканные блюда и пили за здоровье то Его Величества, то Крыла, то за сохранность драгоценного подарка, потом снова за Короля. И так много, много раз. К концу пиршества клобук пропал. А на следующий день страдавших от головной боли участников застолья опрашивали дознаватели, задавая наводящие вопросы:
— Не показалось ли вам…
— Что вы видели зверя, похожего на крысу — переростка…
— Сновавшего между ног гостей…
— Или черноволосую девочку с синими глазами…
— Если не в гостиной, то, может быть, в коридорах поблизости…
И многим гостям Короля именно так и казалось.
Разъяренный Аларик дал согласие на обыск в комнатах Кимико и Избранницы.
Ларса во дворце не было, чтобы вмешаться. Способная усмирить гнев супруга Королева тоже находилась далеко от столицы. Только недавно очнувшаяся от омолаживающего сна лэда Аксела трясла перед носом дознавателей гребнем, на котором поскользнулся Наследник, и кричала о кознях лупоглазого Советника, возглавившего поиски, но ее никто не слушал.
Клобук нашелся в углу под кроватью, и как только из спальни Избранницы удалился белый от ярости Король, Даган премило улыбнулся лэде Акселе, развел руками и тяжело вздохнул:
— Раз подробности кражи перламутрового гребня стали известны, не считаю более возможным утаивать факт его недавней пропажи.
Сказал и тут же удалился, пока задохнувшаяся от возмущения лэда не нашла поблизости что-нибудь тяжелое.
А гневный крик Аларика, казалось, все еще звучал в комнате, отражаясь от стен:
— Твоя воспитанница, твой зверь, твоя ответственность. Всех к дознавателям!
— Я говорила, что быть беде, — прошептала Кимико, пока Глаз прятался под той самой кроватью, где нашли клобук.
— И я об этом говорила. Даже Наследнику сообщила, что у меня уже три камня- индикатора цвет поменяли, — Аксела тяжело опустилась в кресло, выронив гребень на пол.
— Это не Глаз, — качала головой слепая девочка, — Ана, это не он. Ты же знаешь, как хорошо Трев его заклинал и воспитал!
— Я верю, — успокаивала всех Ана, а перед ее глазами грязевые потоки беды размывали стены, заливая пространство вокруг кровати, на которой она сидела вместе с Кимико.
— И я верю. Лэд Трев отучил этого хвостатого разбойника тащить без спроса все, что блестит, — вторила из кресла Аксела.