Кобейн чувствовал волнение принцессы, он различал напряжение в ее голосе, заметив, что Кайра тоже борется с желанием смотреть на соперников. Но, занятая своими собственными сражениями, Рассветная при том не забыла о странной любви своего раба к непопулярному в Долине то ли фрукту, то ли овощу, который звали хлебом Изгоев — на тарелке перед Бэем лежал плоский хлеб и шипастый огурец.
— Бэй, — позвала принцесса, едва он прикоснулся к еде. И попросила взглядом — за долгие дни и ночи, проведенные вместе, они научились говорить без слов. Не приказывала, пока просила…
В таком месте? Кобейн послушно поднялся и, переступив через лавку, застыл за спиной принцессы. Начал разминать ей плечи, почувствовав стянувшиеся в шнуры мышцы. Какую войну вела Рассветная? И зачем она устраивала шоу близких отношений со своим Избранником? Ее расслабленный выдох служил не только наградой за массаж, но и предназначался зрителям.
Поперхнулась, закашлялась, Тайна. А Кобейн злорадно усмехнулся — плохо, значит, кормит ее Пес. Не гнутся железные руки.
— Спасибо, Бэй. Посиди со мной рядом, — громко и ласково позвала его Кайра и повернулась в сторону Закатных.
Бэй не стал смотреть.
Хватит. Пока насмотрелся.
Испытания начались по-долинному — с проверки знаков рода незнакомого Храму Избранника принцессы. Кобейн даже не успел испугаться, когда заметил, что с места поднимается Истинный, тот самый, что сидел рядом с Верховными. Не успел подумать о дорожке из желтого песка, что вела не к Изумрудному городу, а на плаху, как прозвучал голос белобрового Магистра.
— Момент Отбора слишком важный, так что я сам проверю метки.
Зато пока Высший выходил в центр зала, чтобы спасти своего Скользящего, Бэй наслаждался выражением неприкрытого ужаса на лице Аны. Тайна боялась, что прозвучит ее имя, и кровавый пень и топор окажутся вдруг для двоих. Считать ли этот вариант будущего — воссоединением? Но даже такого не получилось.
— Знаки рода истинные, — соврал за спиной Кобейна магистр. — Их наносил жрец.
Тот самый, что подавился воздухом, и посмотрел сначала на балкон для подсудимых, потом на Бэя (глаза у Аны были, как у лягушки из детской книжки в селении контрабандистов).
После этого Тайна развернулась в сторону Рассветной принцессы. А на кого еще ей было смотреть в поиске ответов? Глядя на растерянное девичье лицо, Бэй понял, что Ана еще не догадывается о настоящей цене своих художеств. Воровка в одном мире, одинокая девчонка, жившая среди преступников в другом, похоже, она так и не научилась продумывать последствия собственных капризов. Заигралась в Тайну, способную скользить меж двух миров и ускользать от ответственности.
Вспомнив о знаке подчинения, Кобейн захотел сравнить еще не подозревающих о своем близком родстве девушек, но у него не хватило на это времени. А у Тайны закончилось время, чтобы удивляться.
Начались испытания Искателей.
Ана слушала, прислушивалась, и принюхивалась, как гончая, даже зажмуривала глаза, пытаясь почувствовать запрятанный камень. Но не могла сосредоточиться. Ей мешал довольный, сытый взгляд Рассветной, которым та наградила Ану, после того, как Бэй прилюдно размял принцессе уставшие плечи. Не постеснялись даже! Ну конечно! О том, что Рассветная изменила своим принципам ради красавца-телохранителя говорили на тех же самых углах Долины, где навешивали всех Теней на Избранницу!
Сколько же обиды оказалось в душе у Аны и ревности, перемешивающихся в горько-соленый коктейль. От него кружилась голова и болело сердце. И весь мир вокруг закрывал плотный туман, сквозь который с трудом воспринималось происходящее в зале.
Только несколько напряженных мгновений, пока Верховный шел к Бэю, чтобы проверить знаки, Ане довелось испытать нечто иное — леденящий душу ужас с запахом металла и засохшей крови. Страх за него — за Солнечного! И за себя, если в зале во всеуслышание прозвучит ее имя.
Непостижимо! Но этого не случилось. Как и обвинения в незаконных знаках. А единственное возможное объяснение вернуло ревность и обиду. Ана, играясь, поставила символ Рассветных на спине Бэя, но это Рассветная принцесса приняла его в род, чтобы сделать своим Избранником!
Когда два Истинных короткими переходам отвели девушек к Беглянке, наказав найти спрятанные кристаллы, Рассветная одарила соперницу белозубой улыбкой, пожелала успеха и, тронув за руку жреца-Проводника, играючи переместилась с ним к первому камню.
Ана фыркнула ей вслед рассерженной кошкой и стала прислушиваться к зову камней. Куда там! Ей мешала ревность! Сытые, довольные взгляды Рассветной сбивали с пути.