Поймав на себе взгляд Анджи, достойный вампиров из фильмов ужаса, Бэй не выдержал и коротко рассмеялся.
— Нет смысла оставлять вам кровь. Лаборатории нет, записей тоже, а прямое переливание невозможно. Так что придется вам снова обходиться без меня.
— Я могу помочь, — раздался вдруг женский голос.
Все время разговора Тайна вела себя настолько тихо, что можно было забыть о ее присутствии. Мужчины удивленно замолчали.
— Способности Бэя стали развиваться после того, как на его спине появились знаки, — проговорила Ана и выступила из темноты, заставив Кобейна задержать дыхание. Перед ним была иная Тайна, не та, что находилась рядом последние дни. — Покажи, — бросила она Бэю, не отрывая от Кардинала взгляда, достойного Звезды и Кайры, дикой кошки Египта со скрытой грацией, и двигаясь как наметившая жертву львица.
Бэй не понимал, что она задумала, но показал Анджи знаки, умолчав об их цене в три виселицы и два костра.
— Теперь посмотрите у меня, — Ана скользнула на несколько шагов по комнате, вызвав еще один шумный вздох Кардинала. Рывком сняв свитер, она прижала его к груди, оголяя плечи. Плавным, как вязкая лава, движением Тайна повернулась к Кардиналу голой спиной и опустилась перед ним на колени — так, что знаки на ее теле оказались у его ног. Ана была так близко, что Анджи едва не касался ее. Маслянистый свет фонаря лился на тонкую шею и изящные плечи, превращал нежную кожу в сверкающий шелк, на котором вились замысловатые узоры. Словно предлагая дотронуться до нее, Тайна наклонила голову. Тем самым жестом, который сводил Бэя с ума.
И не только его… Рука Кардинала тянулась к знакам татуировки, раздалось свистящее придыхание:
— Гарантии, мне нужны гарантии…
— Не стоит ее трогать, — выдохнул Бэй, оттолкнув руку герцога в сторону так, что кнопка связи отлетела на пол. Пусть Кардинал думает, что поступок племянника связан с этой кнопкой, а не с ослепляющей ревностью.
Ана сидела у ног Кардинала, не шевелясь, равнодушная к шуму за своей спиной.
Сидела на коленях, но была Повелительницей!
Голая спина, которую уличный фонарь купал в оливковом масле мягкого света, приковывала взгляд, заставляя спускаться взглядом от изящной шеи вдоль изгиба позвоночника, касаться тонкой талии и устремляться вниз, туда, где темнота скрывала край одежды, оставляя свободу воображению.
— Ты обещаешь мне, что я расстанусь с этой коляской? — прошептал Кардинал.
Ана развернулась к нему, и на мгновение Бэю показалось, что она опустит руки, позволив мягкому свитеру упасть к ногам, и тогда он не сдержится и выбросит герцога вместе с коляской в окно. А потом заставит Тайну наносить удары электрошоком своих прикосновений, пока не получится прийти в себя.
Но этого не понадобилось.
Не отрывая взгляда от мужчины в кресле и не отпуская рук от груди, Ана проговорила, сверкая глазами и влажными полными губами — вся соблазн, вся искушение.
— Клянусь своей жизнью.
Бэя трясло. Он отступил в тень, чтобы скрыть свое искаженное лицо.
В руках Аны откуда-то появился набор для татуировки — не иначе как купила в Инсбруке, когда уговорила Кобейна походить по магазинам. Перед глазами стояло лицо Тайны, когда она давала клятву. Так не лгут. Бэй раз десять порывался остановить Скользящую. Но каждый раз останавливал себя. У Аны были собственные планы на спину Кардинала, она выбирала только ей известную комбинацию из двухсот знаков, которые знала. Серийная убийца с иглой для татуировки в руках.
Закончив плетение линий на спине герцога и собрав свои вещи, Тайна вернулась в тень, растворившись в ней, и больше не участвовала в разговоре, словно исчезла из комнаты. К лучшему, потому что взгляд Кардинала и так слишком часто ощупывал темноту.
Настало время говорить об Ари.
Герцог рассказал, как нашел за одним из портретов дневник Кристофа, а в шкатулке с бижутерией, оставшейся после смерти деда, перстень со скаполитом с портрета его жены. Анджи стал испытывать потребность держать кольцо рядом. Физическое состояние герцога начало улучшаться. Но только лишившись кольца, Кардинал осмелился связать изменение своего здоровья с камнем Ари. Бэй назвал имя скаполита, добавив, что не стоит больше искать его на Земле.
— Какой он, мир Долины? — спросил Анджи после того, как из сейфа в тяжелом дубовом бюро появилась записная книжка Кристофа.