Так что пришлось снимать неудобные одежды, оставив Бэя в белой футболке, потертых джинсах и кожанке, каким Ана видела его в последний раз.
Девушка покачала головой, борясь с головокружением.
— Опять падать в обморок собралась? — заревела над ее ухом Синда и поставила под нос чашку с травяным чаем. — Сбор для беременных. Тебе не помешает. И рассказывай давай про себя, да про Гаю. Как вам обеим живется в столице?
Через час Ана покидала деревню раздавленным тараканом — все конечности оторваны, тело почти расплющено, а он живой.
Живучая… какая же она все-таки живучая…
Позади оставалось селение, в котором главой был Карьерный Волк, самый сильный Разрывающий пространство этой части Ущелья, муж Пепельной Звезды и новая легенда Великой Реки. Случайно придуманное им имя — Тван — прокатило Ану на американской горке из Надежды и Отчаяния.
В какой дальний угол души теперь засовывать этот новый экземпляр для коллекции совпадения миров?!
Как и в первый раз, Бэй ушел из поселка не прощаясь. Никто, кроме Звезды, не знал, что он не собирался возвращаться.
— Мое время здесь закончилось, Тара. Как ты и желала, мы навели порядок в Карьере, ваша задача теперь его поддерживать.
Супруги стояли перед входом в темную пещеру на краю большой деревни, в одном скольжении от места, где жила Рокса. Чем дальше от Карьера и вглубь Рассветного королевства передвигались Тара и Бэй, тем меньше было вокруг следов разрушений. Буря вылила всю ярость на Закатное королевство и Карьер, пощадив остальные части Долины, лишь коснулась их мягкими полами своего плаща из тяжелых ливней или сильных ветров. Тара предполагала, что в Рассветной нашлись хорошие ясновидящие, и жрецы успели отвести беду. Истинные помогали не всем, а только тем, кто хорошо и во-время заплатил.
Стоя в небольшой очереди перед увитым плющом входом в пещеру, Кобейн испытывал небольшое волнение. Все-таки, неожиданно женившись, разводился он тоже впервые, и встреча с жрецом в месте непонятного для него, землянина, культа беспокоила. Тара тоже нервничала. Это было заметно по ее торопливому взгляду, иногда касавшемуся Бэя, по тому, как Звезда цеплялась пальцами рук в ремень на брюках.
За время, проведенное в Долине, Бэй многократно слышал благоговейное упоминание Храма, в котором жили жрецы, но не видел, ни церквей, ни изображений богов. Зато он смог по-настоящему оценить слова Аны, что только смелые способны нарисовать свой страх и заглянуть ему в глаза. Тайна говорила о людях песчаного мира, которые чувствовали себя неуютно в собственном доме и, опасаясь лишний раз прогневить высшие силы, не желали их изображать.
Места, связанные с верой или культами, чаще всего были простыми каменными алтарями, украшенными нарисованными или вырезанными иероглифами.
Многочисленные духи помогали задобрившим их людям и наделяли камни чудесной силой. Безымянные боги скрывались в непроходимых горах Ташида. И превратив Долину в печку, они все время повышали температуру, грозя поджарить ее жителей. Подобного развлечения богам было мало, так что время от времени они влезали в духовку жесткими веничками песчаных бурь, чтобы поворочать сажу. Защитниками от горных кулинаров служили Истинные, те самые жрецы с ассиметричными прическами. Они могли отвести метелки бурь от больших городов и плодородной Арханы, слышали волю духов и умели с ними договариваться. Творили магию с помощью собственного дара и камней. В некотором смысле Истинные сами были богами Долины. Даже жили в таинственном Храме, лишь иногда появляясь среди обычных смертных.
Наконец, грузная женщина, стоявшая в очереди перед Тарой и Бэем вышла из пещеры. Пару минут назад она скрылась внутри с курицей под мышкой, вскоре из темноты донесся короткий писк, и вот уже женщина без птицы, но с довольной улыбкой на луноликом лице направлялась прочь. Бэй и Тара ступили в сырую пещеру, освещенную несколькими крупными свечами, стоявшими на полу, и неизвестными Кобейну кристаллами. Алтарем служил гладкий камень, перетянутый черной вязью знаков, и рядом с ним стоял жрец. Постоянных служителей в подобных пещерах — часовнях не было. Желающие поговорить с духами приносили подношения к алтарям и просили милости, кто как умел. Но если в округе объявлялся странствующий жрец, он всегда задерживался около мест культа на пару дней, чтобы принять желающих, и сразу же собиралась очередь из местных жителей. Люди верили в успех переговоров с духами, когда их вел тот, кто знал их голоса.