***
Зима была в самом разгаре — вот уже позади Новый Год, который прошел на редкость спокойно, без сюрпризов в виде нашествия крысолаков или еще какой нежити в тоннелях.
Вообще, все заметили, что тоннели стали спокойнее и почти совсем безопасными. Только в одном месте, метров за двести до Кузьминок, все еще была аномалия — человек впадал в панику и бросался, сломя голову, во все стороны. Уж что там было — но ходить одному там не стоило. Когда шла группа больше двух-трех человек, не было этой всепоглощающей паники — только страх сжимал внутренности — и все.
А в остальном — все стало очень спокойно.
С Рязанки пришел очередной обоз с сушеными грибами и несколькими пучками зелени, которую выращивали тамошние умельцы. И рассказали мужики, что к ним перестала прорываться нечисть с Выхино.
Вот это удивило очень многих.
Выхино была проклятой станцией. Там обитали одичалые — некогда люди, но сейчас они больше походили на истощенных орангутангов, покрытых белым пеплом.
Одичалые были агрессивны и очень любили человеческое мясо. Как они проникали в тоннели — никто не знал. Хотя многие пытались найти лазейки.
— Уже больше двух месяцев никто не лезет! — пожилой мужчина, один из техников Рязанки, даже мелко перекрестился. — Уж и не знаем, что и подумать. То ли радоваться, то ли печалиться и ждать чего-то… более масштабного.
— Да радуйтесь, пока живется мирно. — Боян сделал большой глоток из своей неизменной фляжки.
Качок вернулся на Текстили около трех недель назад и сразу принял на себя обязанности Алекса — ухаживал за кроликами, провожал обозы от станции к станции и периодически совершал вылазки на поверхность. И сразу, что называется, «пришелся ко двору». Повариха Ася вполне благосклонно принимала его немудреные ухаживания, комендант был доволен тем, что у них опять есть «свой» сталкер.
Поселили парня в бывшей палатке Алекса и Тайгер…
— Легко тебе говорить! — обиженно пробубнил рязановец. — Если что, так мы первые под удар попадем!
— Ну, а мы — третьи. И чё? Думаешь, нам легче от этого будет? — Боян подмигнул мужику. — Не тушуйся, отец. Живи, пока живется. А уж что там дальше будет — посмотрим.
Тут к ним подошла Ася и комендант, и разговор перешел на другие темы.
Но Боян слова мужика запомнил и в середине февраля решил посмотреть на тоннели, ведущие к Выхино. Его пытались отговорить, но упрямства парню было не занимать. Тогда с ним вызвался пойти один из сталкеров с Рязанки — щуплый мужичок по кличке Нырок.
Они дошли до завалов без приключений.
В тоннеле и правда было тихо и спокойно. Даже тьма, которая пугала всех без исключения, сейчас стала какой-то… уютной, что ли. Конечно, не стоило расслабляться — мало ли что там, в этой уютности, кроется.
Все возможные выходы на поверхность были забутованы. Где-то для верности заварены. Нигде не могли твари проникнуть.
— Слушай, так, может, вы просто-напросто перекрыли наконец-то все возможные пути?
— Нет. — Нырок внимательно оглядывал сварочный шов. — В последний раз мы все закрывали около трех лет назад. С тех пор — только проверяем.
— И откуда же они тогда лезли?
— А хрен их знает! — Нырок сплюнул и повернулся в сторону станции. — Пошли проверим второй тоннель. Там же и выйдем на поверхность. Покажу тебе издалека Выхино — наша местная достопримечательность.
***
Выход на поверхность был сделан во втором тоннеле — в виде короткого коридора, закрытого толстой сейфовой дверью. Толщина двери была не меньше пятидесяти сантиметров — а то и больше.
— Ох, нифига ж себе! Где вы ее только откопали?! — Боян с восхищением присвистнул.
— И не спрашивай. В первые годы притащили на машине — а откуда, я и не знаю. Мелкий был. Зато прекрасно помню, как ее вваривали. Вот это была морока.
— Да уж. — парень еще раз осмотрел дверь, потом кивнул напарнику. — Давай, показывай местность!
Нырок провел Алекса на полуразрушенный холм-насыпь.
Вдалеке были видны странные сооружения — как будто китайская пагода. Боян видел такие на картинках в старых книжках. На фоне ночного неба сооружения выделялись ярким бело-серым пятном.
— Это что такое?!
— А это и есть Выхино. — Нырок настороженно огляделся и присел, потянув за собой Алекса. — Не светись ты, тут коршаков полно! Приметят — ноги не унесем! А станция… Это одичалые постарались. Мы подобраться ближе не можем — они агрессивные, и давят массой. Но те, кто смог ноги оттуда унести, говорят, там целый мини-город.
— Вот так и появляются новые цивилизации. — задумчиво сказал Боян.
— Типун тебе на язык! — рассердился вдруг Нырок. — Ты что, хочешь, чтобы люди вот такими стали?! Тупыми каннибалами-альбиносами?!
Боян качнул головой.
— А ты смотри — они построили свою общину. Они ее охраняют. Они явно живут тут настолько долго, чтобы у них появилось потомство. И потом — а кто сказал, что они — тупые? Вы что, с ними в шахматы играли?! Может, они и лезли к нам только потому, что пытались диалог наладить.
— Ух, какие ты слова-то знаешь — «диалог наладить»!
— А ты не смейся. — Боян даже не посмотрел на Нырка. — Мать хорошее образование дала — и не только сталкерское.
— Посмотреть бы на твою мамашу! Боевая, видимо, штучка!
— Тайгер-то? Да-а-а, боевая.
— Погоди! — Нырок даже подпрыгнул, чуть не выронив автомат. — Тайгер?! Так ей ж всего лет тридцать-тридцать пять было!
— Ну, приемная мать. Какая разница. Главное, что она нас натаскала — будь здоров!
— Вас?
— Меня и брата.
— Ух, у тебя еще и брат есть?
— Был. Погиб. — Боян вдруг напрягся. — Смотри!
Вдалеке на рельсах появилось три смутно-белесые фигуры. Они шли медленно, покачиваясь, как будто рельсы ходили ходуном.
— Ч-черт! Одичалые! — Нырок снял предохранитель на оружии. — Валим, быстро!
Они почти кувырком спустились с пригорка, подбежали к двери. Пока Нырок возился с замком, Боян прикрывал его спину. И, когда сталкер хлопнул его по плечу, показывая, что можно уходить, Боян вдруг замер.
За разрушенным забором показался крупный коршак. Его белая шерсть прямо светилась в темноте ночи. Он внимательно взглянул своими огромными желтыми глазами на сталкера, замершего возле щели двери.
— Ты заснул, что ли?! — Нырок в панике пытался дотянуться до напарника, застывшего в двух шагах от двери. — Я тебя щас тут оставлю! Быстро!
А Боян во все глаза смотрел на две фигуры, появившихся из-за спины монстра — и даже в темноте была видна сложная изящная вязь татуировки, украшавшей голову одной из фигур…