– Марк, ты мне нужен.
– Скажи где ты?
Я назвала ему адрес и завалилась на диван. Спустя пятнадцать минут приехала скорая. Мы провели её работников к потерпевшему. Я оставила разбираться их с Олегом, а сама ушла в комнату к Варе. Она уже сладко спала у меня на кровати. Я её укрыла, погладила по голове, поцеловала и спустилась вниз. К тому времени Олег пришел в себя и пытался отбиться от врача скорой помощи. Было такое чувство, что он не понимает, кто он и что здесь делает.
– Олег, ты в порядке? – поинтересовалась я.
Стоило ему меня увидеть, он тут же остановился и застыл, а затем, видимо, сообразив, что натворил, начал молить:
– Ира, прости меня, ради Бога.
У него поинтересовались, имеет ли он претензии, так как они обязаны сообщить о преступлении.
Олег меня удивил и ответил, что здесь преступления никакого не было. Он якобы просто поскользнулся и упал, да и вообще ему помощь не нужна. Такого я допустить не могла и вмешалась:
– Олег, поезжай в больницу! Я приеду проведать тебя.
– Обещаешь?
– Обещаю!
Он согласился и уехал, а я осталась абсолютно опустошённая.
– Простите, что я испортила вам такой вечер, – извинилась я перед Мартой Францевной и Фёдором Борисовичем.
– Ещё не поздно праздновать, – заверила меня Марта Францевна.
Я не стала возражать, просто хотелось поддержать их сегодня. Мы заново разожгли камин, откупорили шампанское, разлили его по бокалам, и только дело дошло до тоста, как вновь нас прервал домофон.
Варя..
–Здравствуйте, здесь проживает Равская Лана?
– Проживала…
– А где она сейчас?
– Трагически погибла!
– Не буду ходить вокруг да около, меня интересует темная сторона её жизни.
Перед носом Марины захлопнули дверь. Марина не стала сдаваться и вновь нажала на звонок, никто не открыл. Она повторила попытку, но на этот раз продолжала держать кнопку, пока дверь не открыли. Мужчина явно пребывал в ярости, выскочил на площадку и больно отпихнул Марину от двери.
– Ещё раз ты сюда придешь и будешь будить ребенка, я оторву тебе голову.
Марина перепугалась не на шутку.
– Простите, Андрей Николаевич не говорил про ребёнка.
– Вы от Андрея? – уже спокойным тоном ответил он.
– Да…
– Я думал, это снова журналисты.
– Я воспитатель пансиона, в котором проживает дочь Ланы.
– Вы знаете про её дочь?
– Да! Я её воспитатель…
– Проходите, я сделаю вам чаю и отвечу на все вопросы.
Марина прошла внутрь, в квартире была не новая мебель, но в целом всё было чисто и аккуратно. Повсюду висели фотографии девушки с памятника и младенца. Вид у нее был счастливый.
– Сочувствую вашей утрате.
– Спасибо. Для нас с дочерью это страшная трагедия.
– Сколько ей?
– Три.
– Совсем кроха… Не хотелось бы вскрывать ваши раны, но я не склонна верить таким мерзавцам, как этот Андрей Павлович. Вы в целом не производите такого впечатления, как они. Расскажите сами, что с ней произошло?
– Она страдала от наркозависимости. Моя задача была войти к ней в доверие, затем охранять, следить, докладывать о каждом шаге в сторону семьи Андрея Павловича, естественно, всячески препятствовать этому. Сначала я представился её соседом, мы сдружились и начали тесно общаться. Затем она попала в клинику, я её там проведывал, не знаю как, но у нас завязались настоящие отношения. В мои планы не входило влюбляться, но раз это случилось, я поддался чувствам. Лана была такой замечательной, что не полюбить её было невозможно. Я продолжал получать зарплату от семьи Маринцевых и жить с Ланой одновременно. Отказываться от таких денег я не мог, но и обманывать любимую становилось невыносимо. Этот негодяй должен был ей денег, а она не желала иметь с ним ничего общего. Ей просто хотелось начать новую жизнь. Она неоднократно порывалась забрать дочь, но понимала, что не даст ей того, что у неё есть сейчас, поэтому отказывалась от затеи. Мы накопили вот на эту квартиру, всего чуть-чуть влезли в кредиты, чтобы её обустроить и покрыть недостающую сумму. Так радовались, помню… Затем Лана забеременела Настенькой, роды прошли неудачно, ей из-за адской боли необходимо было принимать обезболивающие, что с её зависимостью было несовместимо. Мы решили, она справится, дороже Настеньки у неё никого не было. Лана превозмогала боль и отдавала дочери всю себя без остатка, затем она умерла из-за ошибки врача.
– Мне сказали, что она сорвалась после того, как вы ей правду рассказали, и умерла от передозировки.