– А как теперь поговорить с Витковским?
– Никак, он в больнице, как очнётся, его допросят следователи. Что вам от него нужно?
– Неважно.
– Можно, я у вас заберу ненадолго Малику? – спросил этот парень.
Марк нахмурился, но разрешение дал. Не знаю, что там Малике говорил этот Кирилл, но она пришла красная, как рак. Предложила разъехаться по домам, если что-то изменится, Кирилл ей должен сообщить. Делать здесь было нечего, поэтому мы дружной компанией отправились ко мне ужинать. Марта Францевна встретила нас потрясающим ароматом еды. Почуяв наше амбре гари, она непонимающе
смотрела, ожидая объяснений. Я предложила Марине и Малике принять душ и переодеться во что-нибудь моё, но они отказались. Сама я всё же поднялась наверх и привела себя в порядок. Когда спустилась, ребята сидели в полном молчании с каменными лицами, уставившись на моргание огоньков на елке.
– Может, камин разжечь? – спросил Фёдор Борисович.
– Нет, спасибо, мы уже сегодня налюбовались огнём, – взял на себя смелость ответить за всех Марк.
– Может, выпьем? – предложила я.
– Да, – с облегчением произнесли Марина и Малика. Марк ещё больше нахмурился, мы втроём над ним нависли.
– Я за рулём, – объяснился он.
– Ты можешь оставить машину у меня, да и в доме места всем хватит, – предложила я ему.
Малика и Марина от ночёвки отказались, а вот Марк задумался.
– Пожалуй, я воспользуюсь гостеприимством, запасная одежда у меня лежит всегда. Ехать отсюда будет даже удобнее. Хотя… Верхней одежды у меня нет, химчистка уже не работает, да они так быстро и не справятся.
Марта Францевна предложила свою помощь:
– Если запах не сильно едкий, можно попробовать народные средства. Кофе и мята хорошо справляются с частицами гари.
– Я лучше на такси домой поеду.
– На том и порешили, – потирая руки, произнесла Малика.
– А ты не маловата выпивать? – предъявил Марк.
– Мне двадцать три! У тебя синдром старшего брата, иногда мне кажется, что тебе не тридцать пять, а все пятьдесят.
– Я и есть твой старший брат! К тому же для меня ты будешь всегда крохой, просившей почитать тебе сказки.
– А для меня ты всегда тот брат, которому до меня нет дела из-за вечной занятости.
– Хватит, – довольно громко выкрикнула я, – давайте просто поедим, выпьем, поболтаем о чём-то. У нас у всех сегодня был тяжелый день.
– Что-то аппетит пропал, – пробурчала Малика.
– Как только ты попробуешь хоть кусочек из того, что приготовила Марта Францевна, передумаешь, – заверила я её.
Марта Францевна уловила мой намёк и пошла накрывать на стол. Фёдор Борисович нашел в закромах бутылку коньяка. Я впервые пожалела, что, следуя моде, не завела винный подвальчик или коллекцию крепкого алкоголя. Просто мне никогда это было не нужно, я за всю жизнь не выпила и двух литров спиртного. Последнее время было слишком много поводов для стресса, а выпивка, поговаривают, неплохой способ снять его.
– Это то, что нам надо! – прокомментировала находку Фёдора Борисовича Малика.
Я была действительно права, аппетит пришел во время еды. Остаток вечера все уплетали запеканку Марты Францевны и в дружной обстановке наконец смогли расслабиться. Марина и Малика уехали практически сразу после ужина, а Марк, казалось, никуда не торопился. Мы перешли в нарядную гостиную искать вдохновения в пропитанной праздником комнате. Фёдор Борисович где-то раздобыл нам ещё бутылочку сей янтарной жидкости, и мы уже только вдвоём с Марком поглощали этот напиток. Как оказалось, со снятием стресса мы начинали перебарщивать…
– Я тогда ждал тебя до утра, хоть самолёт улетел ещё вечером. Я вглядывался в каждую фигуру, надеясь, что ты не могла со мной так поступить. Я обошел в поисках тебя весь город и объездил полмира. Я познакомился с Кларой полгода назад, она залечила мои раны и была всегда рядом. Почему, как только она уехала по делам, ты вновь объявилась в моей жизни?
– Я даже передать не могу, насколько мне жаль…
– Жаль, что уехала, или того, что объявилась?
– Что всё испортила… Я в течение этих лет каждый день смотрела в экран телефона и отговаривала себя набирать твой номер.
– Почему?
– Считала, что больше не заслуживаю счастья…