- Всегда, пожалуйста,- усмехнулся и, если признаваться самому себе, немного смутился из-за неожиданной искренности, с которой Франческа поблагодарила за такой пустяк.
Пушистые тапочки скрылись за дверью, вновь оставляя меня одного на лестничной площадке. Оглянулся по сторонам, как если бы произошедшая неожиданность была не более, чем иллюзией, однако щёка характерно покалывала. Прижал пальцы к месту быстрого поцелуя и отрешённо покачал головой, в глубине души радуясь, что я не сбрендил, и девушка реально выбежала за мной в порыве благодарности.
Всё, мистер Хилл, можешь прекращать ломать голову, пытаясь понять мотивы Фанни. Официально: хер ты поймёшь её!
Вышел из подъезда и громко расхохотался, наблюдая, как Томас в нескрываемом раздражении сбрасывал с крыши и капота автомобиля алые розы.
- Ого-о, Томас, и тебе цветочки перепали!
Карие глаза в притворной злости сощурились, и мне, как человеку, которому знакомо чувство вины, пришлось помочь другу разделаться с подкинутым Брауном дерьмом. Всё-таки ромашки круче! Подошвой ботинок смял крупный бутон розы и пожалел о том, что нет возможности каждую розу превратить в кровавое месиво на грязном асфальте. Спасибо Майеру, автомобиль которого быстро покинул двор, отчего колёса переломили стебли цветков и ещё долго растягивали по дороге красный отпечаток.
Как и договаривались, направились прямиком к нашему близкому другу – Свену Глассу. Не мог сказать, что я горел желанием окунаться во всю идиллию семейной жизни Глассов, но старика откровенно долго не видел.
Позади нас остались многочисленные высотные здания Нью-Йорка, а впереди расстилался путь на закрытую территорию любителей загородной жизни. Семейство Глассов забралось в самую глушь – подальше от городской суеты и как можно ближе к зелёным лесам, речкам и вытекающей из природных даров живности. Не любил уединения на отшибе, хотя надо признать – вид открывался красивый и, стоило сделать глубокий вдох, чувствовался свежий воздух. То, что нужно для полуторогодовалого ребёнка, который, заприметив гостей, поспешил выбраться из крепких объятий матери.
Эмили встретила у ворот и, не изменяя своему репертуару, одарила нас милой улыбкой. Удержать неугомонную дочь не получилось – последняя поспешила нам на встречу и, спустя долгие секунды своего неуверенного дефилирования, оказалась на руках Томаса.
- Привет, красавица!- неустанно восторгался своей крестницей Майер, когда я уловил момент и в знак приветствия щёлкнул девочку по носу. Не забыл поцеловать в щёчку скромно стоящую в сторонке Эмили и, не дожидаясь разрешения, вошёл в апартаменты семейства.
В огромном трёхэтажном доме я знал наверняка только один путь – путь до бара, представленного из изысканных напитков с многолетней историей. Вот и сейчас, пройдя по просторному коридору, мимо кухни и декоративно отделанной двери в столовую, вошёл в гостиную и в предвкушении потёр ладони.
- Стари-и-к!- воскликнул при виде вышедшего из-за стеллажей Свена и поспешил похлопать друга по плечу.- Что-то ты давно не давал о себе знать!
Как я понял из негромких речей друга, он полностью посвятил себя новому проекту и подался на поиски инвесторов, готовых вложиться в расширение его звукозаписывающей компании.
- Я могу помочь,- с лёгкостью вызвался, доставая из бара бутылку бурбона. – У меня есть знакомый, который так раз в поисках выгодного вложения.
Свен в заинтересованности приподнялся на диване, но к тому моменту Томас вошёл в комнату и никак не мог отделаться от маленьких рук Ханны, сцепившихся вокруг его шеи. Кажется, он вовсе не планировал избавляться от объятий, как и не планировал присоединяться к моей сольной попойке.
- Я знаю его?
Усмехнулся и плеснул в стакан крепкую жидкость:
- Всеми нами известный Чарльз Миллер! Этого чудака легко можно раскрутить на несколько лямов.
Сделал большой глоток и непонимающе нахмурился, на ментальном уровне уловив, как изменилась атмосфера в комнате. Даже малышка Ханна остановила свою бессвязную речь, заставляя меня выжидающе уставиться на друзей:
- Я что-то не так сказал?- проследил за характерным взглядом старика на Томаса и запоздало добавил. – Да-да, в курсе, что у тебя давние тёрки с Чарльзом, но он же реально может помочь!
Глаза Томаса угрожающе сощурились, явно предупреждая о том, что не стоило продолжать разговор. Я, конечно, был в курсе, что сводные братья, Томас и Чарльз, не ладили друг с другом, и уже около года вовсе не общались. Но, чёрт, для дела можно и переступить через детские обиды, разве нет?