- Ты с ним общаешься?- спросил Томас, когда в комнате появилась Эмили и забрала из его рук девочку. Не посчитал нужным обременять себя ложью и согласно кивнул:
- Он поучаствовал в организации выставки с финансовой стороны.
- Вот как…
Ситуация откровенно начала раздражать, отчего в нескрываемой скуке закатил глаза:
- Глупо удалять контакты владельца частного банка, так не считаешь? – не видя со стороны друзей поддержки, не сдержался в ругательстве. – Я, блядь, на брудершафт с ним не пил! И ничего, что как-то могло задеть твои чувства, Томас, не предпринимал!
Эмили поспешно вывела дочку из гостиной, а я в раздражении поставил бокал на широкий подлокотник дивана. Меня бесило, что я единственный в комнате, кто явно чего-то не знал и, судя по упёртому Томасу, просвещать меня не собирались.
- Уже то, что мой лучший друг имеет дела с этим моральным уродом, задевает мои чувства.
Ох-х-х, какие мы, оказывается, нежные!
- Что произошло между вами?- спросил впустую, прекрасно понимая, что не добьюсь ответа. – Дай-ка угадаю… Никки!
Да, прекрасно помнил, как друг переманил эскортницу брата в свою постель и уже, как год, не выпускал из ложи. Ну, сейчас бы смешивать личное и бизнес!
- Эйтон,- вкрадчиво начал Майер, отчего старик настороженно перевёл взгляд с него на меня и обратно. – Хочешь пользоваться неиссякаемым денежным потоком Миллера – пожалуйста, пользуйся, пока тебе это не вышло боком.
Пальцы вновь сомкнулись вокруг стакана, которым и отсалютовал друзьям:
- Спасибо за разрешение!
- … Но если хочешь сохранить наше дружбу, то более ни слова об этом уроде. Понял?
Уставился на притихшего Свена и в раздражении воскликнул:
- Ты в курсе, что между ними произошло? Конечно, блядь, в курсе! Все в курсе, а я вдруг стал врагом народа!
Томас прошёл вглубь гостиной и, отодвинув меня от бара, глазами просканировал представленные алкогольные напитки. Пить не стал, но судя по вздувшейся вене на виске – ему срочно требовалась порция напитка. Протянул бутылку бурбона, но мой жест встретил категорический отказ. Наконец, Майер произнёс:
- Чарльз шантажировал мою жену, пытался изнасиловать в моём доме, на моей, черт возьми, кровати. Из-за него она провела неделю в коме. Как думаешь, я должен реагировать на малейшее упоминание о нём? Моя реакция оправдана!
Замер, как вкопанный, со стаканом в руке и неверующе искал на лице Томаса признаки глупой шутки. Однако не имело смысла заподозривать его во лжи, когда он говорил слишком серьёзно, а карие глаза не оставляли сомнений – тема слишком личная и слишком болезненная.
Одним глотком опустошил содержимое стакана:
- Никки была в коме?- переспросил и тут же представил черноволосую стерву, даже не подозревая, что их связь с Томасом настолько сильна. - Я не знал. Прости.
Томас кивнул и опустился на диван, а я, как бы ни старался, не смог сдержать нервного смеха:
- Прости, Томас, что был не в курсе о всё той херне, творившейся в твоей жизни!- со смехом развёл руками и не посчитал нужным обращать внимание на предостерегающий взгляд старика. – Уж так получилось, что ты сказал об этом Свену, Эмили, я думаю, тоже в курсе. Да и малышка Ханна в теме. Странно, не находишь? Ты называешь меня другом, но не считаешь нужным посвящать в свою жизнь!
Томас устало упёрся локтями в колени и почесал затылок, явно подбирая слова в своё оправдание. Да только мне вдруг стало слишком похуй.
- Ты первоначально был настроен против Никки…,- начал «друг», которого я быстро перебил своим резким смешком, вырвавшегося из глубины болезненно сжавшихся лёгких.
- Мне и сейчас поебать на Никки, веришь? Я терпел общество шлюхи только потому, что ты мой друг, и я всегда уважал твой выбор!
Томас тут же подлетел ко мне и схватил за грудки, отчего подключился и амёбный Свен, который стал последней каплей для моего переполненного терпения.
- Ты – балагур до мозга костей, у которого из интересов только клубы и проститутки! Разве можно с таким, как ты, делиться серьёзными вещами, чёрт возьми, проблемами?
В шоке уставился на разъярённого мужчину. Врежь он мне по лицу, отбей он мне почки или, сломав руки и ноги, он бы причинил меньше боли, нежели выкрикнутыми словами.
Вырвался из крепкой хватки и испепеляющим взглядом одарил старика, чьи пальцы в предупреждающем жесте сомкнулись на моём локте.
- Ты, блядь, куда лезешь?- прошипел и попытался стряхнуть его руку, но безуспешно. – Беги под каблук жёнушки и не зли её! Давай!