Стены офиса душили. Казалось, задержись ещё на секунду, меня вновь обожгут прикосновение холодной руки, вновь постараются испепелить взглядом и отравить ядовитым голосом.
Всерьёз начала задумываться об увольнении, и мой серьёзный настрой пугал до помутнения рассудка. Всегда страшна неизвестность, а оставшись без работы, я возвращалась в исходную точку: без профессии, без денег, но с вагоном нереализованных амбиций.
Наконец, лифт раскрыл свои двери, и я застыла на месте, не решаясь войти внутрь. Мистер Прайс медленно вышел из кабины и кивнул в знак приветствия, заставляя промямлить тихое «здравствуйте» и осторожно проскочить в лифт.
- Как проходит первый рабочий день?- доброжелательно настроенный мистер Прайс не думал отпускать меня так просто, отчего зажала пальцем кнопку «отмена», не давая лифту закрыться. – Всё нравится?
- Да,- выдавила из себя и криво растянула губы. – Всё замечательно!
Дон довольно что-то пробормотал и неожиданно рассмеялся, эхом разнося хриплый смех по офису:
- Я на старость лет перепугался, когда сегодня утром позвонил мистер Хилл и попросил о личной встрече. А я ему: «Будем за сердце милой дамы биться на шпагах или заряжать револьвер?»
Одно упоминание об Эйтоне, и моё сердце лихорадочно забилось. Биение стало настолько необузданным, настолько оглушительным, что вибрация вызвала судороги, и левый глаз предательски задёргался. Тыльной стороной ладони растёрла глаз, стараясь избавиться от следов волнения, и непонимающе уставилась на мужчину.
- Не бери в голову,- постарался успокоить, рассматривая мой опухший, заслезившийся глаз. Как же не вовремя!
- Мы посмеялись, и договорились переговорить исключительно по рабочим вопросам,- Дон в галантном жесте поклонился на прощание, позволяя дверям лифта закрыться, а мне ударить себя по лбу.
Посмотрела в зеркало и постаралась исправить творившийся на лице кошмар, но к тому моменту, как лифт остановился на первом этаже, мои попытки не увенчались успехом. И, видимо, всё было настолько плохо, что Мелисса, с которой встретилась на выходе из офиса, одарила меня ироничной усмешкой. Ещё одна причина написать заявление об уходе – коллектив меня невзлюбил.
Присела на лавочку и подставила лицо тёплым лучам солнца, надеясь, что под магией утреннего солнышка мой внешний вид перестанет вызывать смех у прохожих.
Мимо проходили сотрудники компании, слышался стук каблуков и шелест свежей газеты, но внешний шум отдавался шёпотом в голове по сравнению с громкими мыслями. Я активно представляла своё будущее, развитие которого происходило по двум параллельным сценариям: либо буду счастливой, либо останусь с опухшими глазами и потёкшей тушью. И всё-таки продолжать работать в отделе мистера Брауна казалось невозможным – ещё одно упоминание о благодарности, ещё одно прикосновение и липкий взгляд заставили меня отправиться на поиски свободных вакансий во всемирную паутину.
Только успела достать телефон из кармана брюк, как он чуть было не выпал из вмиг вспотевших пальцев. Совершенно случайно окинула окрестность взглядом и зацепилась глазами за шикарный автомобиль, который в своё время потряс Бронкс дороговизной. Боязливо оглянулась по сторонам, боясь, но в тоже время, надеясь увидеть золотоволосого мужчину, но зрение подводило. Его не было, но наличие автомобиля не оставляло сомнений – Эйтон рядом. Возможно, мы разминулись, и он уже приветствовал мистера Прайса, обсуждал насущные проблемы и, возможно, посмеивался над очередным анекдотом про милую даму.
Поднялась с лавочки и стремительно направилась к автомобилю. Мне было необходимо убедиться, что мужчины не было в салоне, и, убедившись, с облегчением выдохнула. Время перерыва стремительно сокращалось, а я наматывала круги вокруг автомобиля, и старательно боролась с разрывающими голову воспоминаниями. Такие яркие, до жути реалистичные воспоминания заставили окунуться во вчерашний день и ощутить неприятное, колющее чувство страха.
В ушах с новой силой раздались протяжные стоны: такие болезненные, глухие и до хрипоты молящие о спасении, что я громко вскрикнула, почувствовав прикосновение к своей спине.