Томас громко фыркнул и отвесил подзатыльник, за что был награждён не самым лицеприятным взглядом:
- Компенсация будет ждать тебя в баре, Эйт.
Ха-ха, он думал так просто отделаться?
- Компенсация в виде очаровательных подружек невесты возможна?- уточнил и усмехнулся, перехватив удивлённый взгляд друга. – У Никки вообще есть подруги?
Почувствовал на себе увесистую руку Свена, который наглым образом подслушал разговор и встрял в него, не забыв хорошенько встряхнуть меня за плечи:
- Горбатого могила исправит, а?
- Скорее две миленькие косички!- рассмеялся Томас, заставляя громко выругаться и в резком выпаде заключить его в «объятия», в нескрываемом намерении повалить на пол. Сукин сын!
Майер ловко увернулся и отскочил на безопасное расстояние, но я упорно проследил за ним красноречивым взглядом а-ля «мы не закончили!». Свен присоединился к жениху, и они скрылись на веранде, оставляя меня в обществе любителей бирюзового цвета.
Всё торжество проходило в столице Исландии – Рейкьявике, а именно церемония была запланирована в соборе Хатльгримскиркья. Из нашего отеля было видно всё великолепие собора, архитектура которого напоминала извергающийся вулкан. Впечатляющее зрелище, как и всё в Исландии: начиная с природы и заканчивая местными жителями.
Томас и Никки устроили скромную свадьбу, если судить по списку приглашённых гостей, и масштабное торжество, если рассматривать буклет с запланированными мероприятиями. Официальная часть, поездка на широкий и двухступенчатый водопад, посещение вулкана и фотосессия на ледниках, - вот на это я подписался и даже не подумал о погоде, градус которой издевательски варьировался между «у меня замёрзли ноги» и «у меня отвалились яйца». И то, и другое заставляло накинуть на плечи чёрное пальто и с усмешкой оглядеть придурков в бирюзовых рубашках.
Оглянулся на звук открывающейся двери, и мои глаза в изумлении округлились, а за спиной услышал приглушённое хихиканье. Блядь!
В комнату вошёл запоздалый гость и громким басом поприветствовал присутствующих, попутно поправляя проклятую бабочку. Маслянистые глазёнки обследовали комнату и остановились на мне, сделавшего вид, будто на потолке есть что-то очень интересное и занимательное, помимо хрустальной люстры.
Георг довольно присвистнул:
- Эйтон, рад встречи!
Вынужденно улыбнулся и кивнул чудиле, который разозлил меня ещё во время мальчишника. Мне всё равно: гей или не гей этот чудак, но его характерные взгляды в мою сторону откровенно раздражали.
Мысленно принялся считать до десяти, ибо этот трюк выручал на протяжении недели, однако очень сомневался, что сработает и на этот раз. Очередное хихиканье, и я рванул в сторону веранды, чтобы надавать весельчакам тяжёлых тумаков.
- Нахуя ты его пригласил?- накинулся на улыбающегося Томаса, но ответа удостоил всё ещё посмеивающийся Свен:
- Да брось, вы же поладили на мальчишнике! Георг даже научил тебя играть в покер!
Громко поцокал языком и пригрозил пальцем:
- Не научил, а подсказал, что за хитрая задница мухлевала на протяжении всей партии!
Как только присоединился к друзьям на веранде, от меня не ускользнули их красноречивые взгляды, которые не оставили сомнений – они говорили о чём-то важном, и не стремились делиться подробностями со мной. Обидно? Я колебался с ответом, так и не разобравшись в своих эмоциях: то ли гнев сдавил грудную клетку, то ли ревность. Жгучая, болезненная ревность, которая была неуместна в контексте сегодняшнего торжества, однако ничего не мог поделать.
Поджал губы и подошёл к деревянным перилам, обхватывая их пальцами до беления костяшек. Нужно было успокоиться, поэтому, стремясь избавиться от противоречивых мыслей, покосился на притихшего жениха:
- Волнуешься?
Томас оправил полы пиджака и неопределённо повёл плечом:
- Немного,- признался и призадумался. – Просто хочу, чтобы всё прошло без казусов. Я волнуюсь, что пойдёт дождь, и фотосессия, о которой мечтала Никки, скатиться к чёрту; волнуюсь, что организаторы за чем-то не углядят и всё пойдёт по наклонной, как снежный ком. Боюсь за гостей, которые могут начудить…