Он наконец-то обернулся к апотекарию. Его черные глаза ярко блестели.
— На этот раз мы сможем вернуть былую славу. Мы можем начать все заново.
Апотекарий закатил на место несколько стационарных сканеров. Кнопки и датчики на его нартециуме оживили механические руки, прикрепленные к потолку. В стеклянных колбах плеснули химикаты.
— Ложись, — сказал он.
Талос подчинился, по-прежнему глядя в никуда затуманенными глазами.
— Я потеряю сознание?
— Несомненно, — ответил Вариил. — Скажи мне, действительно ли Тсагуальса — подходящее место для того, чтобы начать такое возрождение?
— Я думаю, да. Как пример… как символ. Другие рассказывали тебе о том, что произошло, когда мы покинули этот мир?
— Я слышал о Тсагуальской Расплате, да.
Талос вновь глядел сквозь него, но уже в собственную память, а не в море открывавшихся возможностей.
— Звучит так спокойно. Нет, Вариил, все было гораздо хуже. Когда умер примарх, мы деградировали долгие годы — рассеялись между звезд и защищали свое добро от когтей собственных братьев не меньше, чем от загребущих лап врагов. Но конец всему пришел, когда серые небеса Тсагуальсы вспыхнули от выхлопов десяти тысяч десантных капсул… В тот день погиб легион.
Вариил почувствовал, как по спине ползут мурашки. Он ненавидел, когда при нем проявляли эмоции — пусть даже горечь старых воспоминаний. Но любопытство развязало его язык.
— Кто же явился по ваши души? — спросил он. — Какой должна быть сила, решившаяся бросить вызов целому легиону?
— Это были Ультрамарины.
Талос опустил голову, погружаясь в воспоминания.
— Тысяча воинов? — Апотекарий широко распахнул глаза. — И это все?
— Ты мыслишь так мелко, — хмыкнул Талос. — Ультрамарины. Их сыны. Их братья и кузены. Весь легион, возродившийся после Ереси и выступающий под сотней разных знамен. Они называли себя Прародителями. Насколько я знаю, так до сих пор называют себя их потомки.
— Ты имеешь в виду братские ордена Ультрамаринов?
Теперь Вариил уже почти мог это представить.
— Сколько же из них?
— Все они, Вариил, — негромко сказал Талос, перед глазами которого вновь пылало небо того давнего дня. — Все они.
Часть вторая
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ
XII
ЯРОСТЬ ПРАРОДИТЕЛЕЙ
Он знал, что спит.
Это не помогало. Все оставалось таким же реальным. Запахи — такими же сильными, а боль — такой же острой.
К кораблям! — вслух произнес он.
Он чувствовал, как Вариил движется по комнате, хотя не видел ничего, кроме тех картин, что рисовал его разум. Анализы его крови, его мозга, его сердца… все это ничего не значило, потому что он ничего не чувствовал.
К кораблям!
Успокойся, Талос, — донесся издалека голос Вариила. — Успокойся.
Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал покой. В чистилище Тсагуальсы покоя не было никогда.
Его первым воспоминанием о последнем дне стал рассвет.
Месть пришла, когда над горизонтом поднялось тусклое солнце.
Звезда Тсагуальсы была нежарким сердцем, чуть бившимся в центре системы, — источником болезненного, слабого света, едва озарявшего единственную планету под ее опекой. Это бледное сияние медленно разлилось над безжизненной поверхностью планеты, в последнюю очередь добравшись до бастионов черной каменной твердыни. На равнинах зарождалась песчаная буря. Она должна была обрушиться на крепость в течение часа.
До Меркуция, до Вариила, до Узаса были Сар Зелл, Рувен, Ксарл и Кирион.
Это Сар Зелл примчался с дурной вестью. Его ботинки громко стучали по крепостной стене, пока в небесах разгорался огонь.
— Они здесь, — передал он Талосу по воксу. — Они наконец-то пришли.
В это мгновение природой овладело поэтическое настроение, и с янтарных небес хлынул дождь.
В годы, последовавшие за смертью примарха, все больше и больше боевых отделений покидало небеса Тсагуальсы, чтобы проводить вылазки глубже в сердце Империума. Многие уже бороздили просторы Великого Ока с другими легионами, тратя не меньше времени на грызню с бывшими братьями, чем на войну с прислужниками Ложного Императора.
Боевой флот сокрушительной силы базировался над серым ликом пустынного мира. Каждый корабль нес крылатый череп Восьмого легиона. Армада могла обратить в прах целые звездные системы. И не раз совершала это прежде.
На другом конце системы Тсагуальсы в безмолвии космоса открывались прорехи в реальности. Они истекали гнусной демонической материей в чистоту настоящего космоса, пока содрогающиеся боевые корабли протискивались обратно в материальную Вселенную. Как и почти всегда при варп-перелетах, их прибытие было не скоординировано — невозможно было удержать строй в яростных штормах Моря Душ. Захватчики один за другим вырывались из варпа и мчались к серой планете.